SpasiPiter.ru

 

ГЛАВНАЯ

ЗАКОНЫ

СУДЫ

Европейский суд

ПУБЛИКАЦИИ И ВЫСТУПЛЕНИЯ

ДОКУМЕНТЫ

ОБРАЩЕНИЯ К ВЛАСТЯМ

ИЗБИЕНИЯ | VIOLENCE

МИТИНГИ | CITY DEFENDING ACTIONS

ЛАХТА-ЦЕНТР

ВЫБОРЫ

НАШИ ПОБЕДЫ

Новости градозащиты

ЖКХ

Наведение порядка на Руси

ПОИСК

 

За эту красоту мы приняли бой

Free counters!

Спаси Питер! || Законы || Суды || ЕСПЧ || Публикации || Документы || Обращения к властям

Спасем Санкт-Петербург от варваров!

olga-andronova.livejournal.com
olga-andronova.blogspot.ru

"Нашей работе будут пытаться мешать. Влиятельные группы продажных чиновников и ничего не предпринимающих «предпринимателей». Они хорошо устроились. У них «всё есть». Их всё устраивает. Они собираются до скончания века выжимать доходы из остатков советской промышленности и разбазаривать природные богатства, принадлежащие всем нам. Они не создают ничего нового, не хотят развития и боятся его. Но будущее принадлежит не им. Оно принадлежит нам. Таких, как мы, абсолютное большинство. Мы будем действовать. Терпеливо, прагматично, последовательно, взвешенно. Действовать прямо сейчас. Действовать завтра и послезавтра. Мы преодолеем кризис, отсталость, коррупцию".

«Россия, вперёд!»,
Дмитрий Медведев

"А что, как разлетится этот туман и уйдет кверху, не уйдет ли с ним вместе ...город, .. исчезнет как дым и останется прежнее Финское болото, а посреди его, пожалуй, для красы, бронзовый всадник на жарко дышащем загнанном коне".

«Подросток»,
Ф.М. Достоевский

Кто там рожден, чтобы вымысел Поэта сделать былью?


ОБРАЩЕНИЯ К ВЛАСТЯМ
Исправление закона о публичных слушаниях


Генеральная прокуратура РФ
Чайке Ю.Я.
125993, ГСП-3, Россия, Москва
ул. Б. Дмитровка, 15а

От: Андроновой Ольги Олеговны

Уважаемый Юрий Яковлевич!

На мое обращение в Прокуратуру Санкт-Петербурга о нарушении моих прав в связи с применением Закона Санкт-Петербурга от 20.07.2006 № 400-61 «О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге» (далее – Закон № 400-61), признанного содержащим коррупциогенные факторы, что установлено Требованием № 7/4-12/9-2010 «Об изменении нормативного правового акта с целью исключения выявленного коррупциогенного фактора» (далее - Требование № 7/4-12/9-2010), Прокуратурой Санкт-Петербурга мне был предоставлен ответ от 26 мая 2011 года за №7/4-142-2011.

Согласно информации, изложенной в этом ответе, «срок внесения в нормативный правовой акт изменений с целью исключения коррупциогенных факторов не установлен».

В то же время, пункт 3 статьи 4 Федерального закона от 17 июля 2009 г. N 172-ФЗ "Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов" гласит: «Требование прокурора об изменении нормативного правового акта, направленное в законодательный (представительный) орган государственной власти субъекта Российской Федерации или в представительный орган местного самоуправления, подлежит обязательному рассмотрению на ближайшем заседании соответствующего органа и учитывается в установленном порядке органом, который издал этот акт, в соответствии с его компетенцией».

Следовательно, сроки и порядок учета требования прокурора Законодательным собранием Санкт-Петербурга должен быть утвержден Законодательным собранием Санкт-Петербурга.

Факт отсутствия локального акта, регулирующего порядок и сроки реагирования на требование прокуратуры, при учете, что вышестоящим нормативным актом (Федеральным законом от 17 июля 2009 г. N 172-ФЗ "Об антикоррупционной экспертизе нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов") установлена обязанность законодательного органа субъекта Российской Федерации в своей деятельности такой документ разработать и применять свидетельствует лишь о бездействии соответствующего органа.

Согласно статье 3 Федерального закона от 25 декабря 2008 г. N 273-ФЗ "О противодействии коррупции", противодействие коррупции в Российской Федерации основывается на следующих основных принципах:

1) признание, обеспечение и защита основных прав и свобод человека и гражданина;

2) законность;

3) публичность и открытость деятельности государственных органов и органов местного самоуправления;

4) неотвратимость ответственности за совершение коррупционных правонарушений;

5) комплексное использование политических, организационных, информационно-пропагандистских, социально-экономических, правовых, специальных и иных мер;

6) приоритетное применение мер по предупреждению коррупции;

7) сотрудничество государства с институтами гражданского общества, международными организациями и физическими лицами.

Таким образом, несмотря на отсутствие законодательного установления срока реагирования полномочным органом на требование об изменении нормативно-правового акта в связи с выявленным в нем коррупциогенным фактором (хотя, как указано выше, такая процедура должна быть установлена непосредственно контролируемым органом), эта деятельность должна отвечать принципу приоритетности применения мер по предупреждению коррупции.

Более чем полугодовое промедление, допущенное Законодательным собранием Санкт-Петербурга при принятии мер по учету Требования № 7/4-12/9-2010 никак нельзя признать соответствующим принципу приоритетности.

По изложенному основанию, отсутствие четко регламентированных сроков учета требования надзорного органа, на мой взгляд, приведено Прокуратурой Санкт-Петербурга в ответе от 26 мая 2011 года за №7/4-142-2011 с целью придания действиям законодательного органа субъекта РФ видимости легитимности, в то время как эти действия прямо противоречат основным принципам деятельности по предупреждению коррупции.

Дополнительно хочу заметить, что с момента вынесения Требования № 7/4-12/9-2010 в Санкт-Петербурге прошло множество публичных слушаний на основании нормативно-правового акта, содержащего коррупциогенный фактор.

Анализ Требования № 7/4-12/9-2010, позволяет заключить, что эти слушания прошли вне законодательного определения перечня материалов, которые призваны обеспечить полноту и достоверность информирования населения о предмете обсуждений; без четкой регламентации порядка формирования протоколов слушаний, т.е. без достоверного и объективного закрепления результатов обсуждений.

Очевидно, что такое положение вещей нарушает принцип признания, обеспечения и защиты основных прав и свобод человека и гражданина.

По моему мнению, ответ Прокуратуры Санкт-Петербурга от 26 мая 2011 года за №7/4-142-2011 представляет собой попытку сократить роль надзорного органа в процессе антикоррупционного контроля.

Деятельность прокуратуры не должна ограничиваться только вынесением правовой оценки нормативного акта по шкале коррупциогенности, но, как указано в п.2 статьи 1 Федерального закона от 25 декабря 2008 г. N 273-ФЗ "О противодействии коррупции", должна включать мероприятия:

а) по предупреждению коррупции, в том числе по выявлению и последующему устранению причин коррупции (профилактика коррупции);

б) по выявлению, предупреждению, пресечению, раскрытию и расследованию коррупционных правонарушений (борьба с коррупцией);

в) по минимизации и (или) ликвидации последствий коррупционных правонарушений.

В сложившейся ситуации, не увидев немедленного реагирования на Требование № 7/4-12/9-2010, Прокуратуре Санкт-Петербурга следовало занять активную позицию и предусмотренными законами способами добиваться реализации возложенной на нее функции по антикоррупционному контролю.

Более того, до момента принятия Законодательным собранием Санкт-Петербурга мер мор, позволяющих с достоверностью заключить, что коррупциогенный фактор, обнаруженный в Законе № 400-61 полностью устранен, Прокуратуре Санкт-Петербурга следовало установить постоянный контроль за проводимыми публичными слушаниями или же инициировать временный мораторий на эту процедуру.

«Принятые изменения [Закон Санкт-Петербурга от 25 мая 2011 г. N 256-58 "О внесении изменений в Закон Санкт-Петербурга "О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге"] устраняют коррупциогенные факторы, выявленные ранее прокуратурой города» - сообщается в ответ Прокуратуры Санкт-Петербурга. «По результатам проверки нарушения требований законодательства при проведении публичных слушаний 21.03.2011 не выявлены» - указано далее.

Согласно п.5 Приказа Генеральной прокуратуры РФ от 17 декабря 2007 г. N 200 "О введении в действие Инструкции о порядке рассмотрения обращений и приема граждан в системе прокуратуры Российской Федерации", каждое обращение должно получить объективное и окончательное разрешение в той прокуратуре (учреждении), к компетенции которых относится решение вопроса.

Абзац первый п.4.1. Инструкции о порядке рассмотрения обращений и приема граждан в системе прокуратуры Российской Федерации устанавливает, что порядок проверки обращений и запросов, обеспечивающий наиболее объективное, всестороннее и своевременное рассмотрение поставленных в них вопросов, определяется руководителями соответствующих прокуратур.

Таким образом, в ответе заявителю должно быть приведено полное и объективное обоснование принятого решения, а не просто указана резолютивная часть проведенной проверки.

Такого принципа при ответе на любое обращение заинтересованного лица должны придерживаться представители государственных органов, поскольку с противном случае, заинтересованное лицо попросту лишается возможности обжаловать ответ государственного органа, который считает незаконным в вышестоящий орган.

В ответе от 26 мая 2011 года за №7/4-142-2011 не приведено никакой мотивировки сделанных выводов, что противоречит приведенным положениям Приказа Генеральной прокуратуры РФ от 17 декабря 2007 г. N 200 "О введении в действие Инструкции о порядке рассмотрения обращений и приема граждан в системе прокуратуры Российской Федерации".

В то же время, касательно Закона Санкт-Петербурга от 25 мая 2011 г. N 256-58 "О внесении изменений в Закон Санкт-Петербурга "О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге" (далее – Закон N 256-58), в обращении в Прокуратуру Санкт-Петербурга я указывала, что:

1. В Требовании указано: «В соответствии с п.2 ст.6. Закона на экспозиции документации должны быть представлены иные информационные и демонстрационные материалы, обеспечивающие полноту и достоверность информирования граждан по обсуждаемой документации.

Одновременно п.6 ст. 10-1. установлено, что для проведения экспозиции материалов уполномоченным органом обеспечивается представление иных информационных и демонстрационных материалов, обеспечивающих полноту и достоверность информирования граждан по обсуждаемым разрешениям, определенных Правительством Санкт-Петербурга, в случае предоставления указанных материалов заявителем.

Формулировка «обеспечивающие полноту и достоверность» носит оценочный, субъективный характер. В одной норме закона указано на обязательность предоставления данных материалов, в другой - в зависимости от волеизъявления заявителя. До настоящего времени перечень указанных материалов Правительством Санкт-Петербурга не определен».

Закон N 256-58 в отношении информации, предоставляемой на слушания содержит следующее уточнение: «абзац восьмой пункта 6 изложить в следующей редакции:

«иные информационные и демонстрационные материалы, обеспечивающие полноту и достоверность информирования граждан по обсуждаемым вопросам о предоставлении разрешений в случае предоставления указанных материалов заявителем». (пп.2 п.3 ст.1 проекта)

Обращаю Ваше внимание на то, что новая редакция нормы, признанной коррупциогенной, во-первых, по-прежнему не раскрывает содержания «материалов, обеспечивающих полноту и достоверность», а, во-вторых, предоставляет заявителю полную свободу в выборе предоставляемых материалов, при этом, вовсе не обязывая его предоставлять какие-либо сведения.

Пунктом 2 статьи 24 Конституции РФ установлено: «Органы государственной власти и органы местного самоуправления, их должностные лица обязаны обеспечить каждому возможность ознакомления с документами и материалами, непосредственно затрагивающими его права и свободы, если иное не предусмотрено законом».

Пункт 1 статьи 3 Закона №400-61 гласит: «Публичные слушания проводятся в соответствии с настоящим Законом Санкт-Петербурга в целях учета интересов физических и юридических лиц при осуществлении градостроительной деятельности, соблюдения прав человека на благоприятные окружающую среду и условия жизнедеятельности».

Таким образом, информация, сведения, представляемые на публичные слушания, являются материалами, непосредственно затрагивающими права человека на благоприятную окружающую среду. В то же время, в Законе N 256-58, вопрос об их содержании и, в целом, целесообразности представления, оставлен на усмотрение заявителя. Приняв указанную редакцию соответствующего пункта, Законодательное собрание Санкт-Петербурга, ограничило право человека на доступ к документам и материалам, непосредственно затрагивающими его права и свободы.

Как указано в Требовании Прокуратуры Санкт-Петербурга, согласно п.п.«а» п.З установленных Методикой проведения антикоррупционной экспертизы нормативных правовых актов и проектов нормативных правовых актов, утвержденной Постановлением Правительства РФ от 26.02.2010 № 96, широта дискреционных полномочий - отсутствие или неопределенность оснований принятия решения является коррупциогенным фактором.

Иными словами, новая редакция п.2 ст.6. Закона №400-61 не только не устранила обнаруженный Прокуратурой Санкт-Петербурга коррупциогенный фактор, но и создала правовую основу для более широкого злоупотребления.

2. Требование Прокуратуры Санкт-Петербурга гласит: «Согласно п.3 ст.7. Закона протоколы обсуждения документации должны содержать:

основные вопросы обсуждения, а также предмет разногласий между организатором подготовки документации и заинтересованными лицами, (при наличии разногласий);

краткое изложение обоснованных предложений и замечаний участников обсуждения в отношении обсуждаемой документации;

краткое изложение позиций и обоснованных предложений участников обсуждения документации.

Участники публичного слушания вправе не позднее четырех дней после проведения обсуждения документации представлять в письменном виде свои аргументированные предложения и обоснованные замечания для включения в

протокол.

При этом понятие «заинтересованные лица», «обоснованные» предложения и замечания данным Законом, иными нормативными правовыми актами не определены, в связи с чем данная норма предоставляет необоснованно широкие полномочия должностным лицам при ведении протоколов публичных слушаний».

Законом N 256-58 в п.3 ст.7 Закона №400-61 внесены следующие изменения:

«2) в абзаце пятом пункта 3 слова «заинтересованными лицами» заменить словами «участниками публичных слушаний»;

3) в абзаце седьмом слово «обоснованных» заменить словом «аргументированных» (пп.2 и 3 п.2 статьи 1 Законопроекта).

С учетом внесенных изменений, в новой редакции указанное положение представляется следующим образом:

«Уполномоченный орган оформляет протоколы обсуждения документации (далее - протоколы), которые составляются на основе стенограмм обсуждений, представленных предложений и замечаний физических и юридических лиц по документации.

Протоколы должны содержать:

состав информационных и демонстрационных материалов;

состав участников обсуждений документации;

основные вопросы обсуждения, а также предмет разногласий между организатором подготовки документации и участниками публичных слушаний (при наличии разногласий);

краткое изложение обоснованных предложений и замечаний участников обсуждения в отношении обсуждаемой документации;

краткое изложение позиций и аргументированных предложений участников обсуждения документации.

Участники публичного слушания вправе не позднее четырех дней после проведения обсуждения документации представлять в письменном виде свои аргументированные предложения и обоснованные замечания для включения в протокол.

Протокол подписывается лицами, указанными в пункте 2 настоящей статьи, в срок не более двух дней со дня окончания представления предложений и замечаний граждан для включения в протокол.

Срок оформления протокола составляет не более семи дней».

Таким образом, во-первых, субъектами правоотношений, о которых идет речь в п.3 ст.7 Закона №400-61 выступают не заинтересованные лица, статус которых не определен, как указано Прокуратурой Санкт-Петербурга, но:

- физические и юридические лица (абзац первый рассматриваемой нормы);

- участники обсуждения документации (абзацы четвертый, шестой и седьмой);

- участникам публичных слушаний (абзацы пятый и восьмой);

- граждане (абзац девятый).

Такое многообразие не позволяет сформулировать объем прав, которыми данное положение наделяет участника публичных слушаний, участника обсуждения, гражданина и юридическое лицо. Следовательно, неясным представляется и объем волеизъявления участников слушаний, подлежащих включению в протокол.

Таким образом, изменение наименования «заинтересованное лицо» на «участник публичных слушаний» не устранило существующий коррупциогенный фактор, никак не определило статус участника слушаний, не ограничило объем полномочий должностных лиц при ведении протоколов публичных слушаний.

Во-вторых, представляется неясной цель замены неопределенного действующими нормативно-правовыми актами понятия «обоснованные» на так же никак не определенное понятие «аргумЅнтированные». Возникает вопрос: кто и следуя какой логике будет оценивать «аргументированность» того или иного предложения (замечания)?

Более того, непонятно, почему замена произведена лишь в абзаце седьмом п.3 ст.7 Закона №400-61, в то время, как в шестом и восьмом абзацах по прежнему используется понятие «обоснованные».

Позиция Прокуратуры Санкт-Петербурга четко указывает на необходимость нормативного закрепления конкретных характеристик предоставленных участниками слушаний замечаний (предложений) или же устранение любого критерия, позволяющего такие замечания (предложения) в протокол публичных слушаний не включать.

Изменения, внесенные в рассматриваемую норму пп.2 и 3 п.2 статьи 1 Закона N 256-58 представляются попыткой создать «иллюзию деятельности», не имеющей никакого реального веса и никак не влияющую на коррупциогенные положения нормативно-правового акта.

Дополнительно хочу заметить, что 21 марта 2011 года в Красногвардейском районе проходили очередные публичные слушания на основании коррупциогенного закона. В процессе этих слушаний участники со скандалом получили у организаторов важнейшую документацию по обсуждаемому проекту.

Оценка указанных доводов в ответе от 26 мая 2011 года за №7/4-142-2011 отсутствует.

Основываясь на изложенном и для защиты права и свобод человека и гражданина,

ПРОШУ:

1. Провести антикоррупционную экспертизу Закона Санкт-Петербурга от 25 мая 2011 г. N 256-58 "О внесении изменений в Закон Санкт-Петербурга "О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге";

2. Дать правовую оценку публичным слушаниям, проводимым на основании нормативно-правового акта, признанного коррупциогенным;

3. Принять меры процессуального реагирования, в частности:

- приостановить любые действия, связанные с организацией слушаний до момента законодательного закрепления процедуры обсуждения документации, не нарушающей права и интересы человека;

- установить контроль за деятельностью законодательного собрания Санкт-Петербурга в течение 9 месяцев не исполнившего свою обязанность по изменению коррупциогенного нормативно-правового акта;

- определить ВСЕ публичные слушания, прошедшие в Санкт-Петербурге после принятия прокуратурой Требования № 7/4-12/9-2010;

- дать оценку законности результатов указанных слушаний с учетом проведения их на основании коррупциогенного нормативно-правового акта и принять по результатам данной оценки меры прокурорского реагирования.

«__» _________________ 2011 года _________________ О.О. Андронова


Вместе мы победим!