Спаси Питер! || Законы || Суды || ЕСПЧ || Публикации || Документы || Обращения к властям

"Господа офицеры, попрошу вас учесть
Кто сберег свои нервы - тот не спас свою честь"

"Трусость - самый страшный порок". М.А. Булгаков

Suum cuique

Кто там рожден, чтобы вымысел Поэта сделать былью?

Не мечите бисер перед свиньями – да не попрут его ногами
(Margaritas ante porcos )
Евангелие от Матфея (гл. 7, ст. 6)

СУДЫ

Переход к материалам дела ЕСПЧ Конст. Суд Гор. Суд РУВД Смольный, КГИОП 3-209 3\7-178\10 3\7-70\10 (лжесвидет.) 2-3288 (репутация) 2-1578(2-662) 2-1276 2-1830 (2-49) 2-673 (2-1182) 2-188 (2-4721) 2-302 (2-5379) 2-375 (2-5542) 2-1056 2-192 (2-3202) 2-3366 2-3882 (+3794) 2-4035 2-4104 2-4105 2-737 (2-3747) 2-3085 2-3950 все

---

ГОРОДСКОЙ СУД САНКТ-ПЕТЕРБУРГА
ИСТЕЦ: Николаев Алексей Юрьевич
ОТВЕТЧИК: Администрация Красногвардейского района Санкт-Петербурга
195027, Санкт-Петербург, Среднеохтинский пр., 50
ОТВЕТЧИК: Комиссия по землепользованию и застройке Санкт-Петербурга
191023, Санкт-Петербург, пл. Ломоносова, 2
ОТВЕТЧИК: Комиссия по землепользованию и застройке Красногвардейского
района Санкт-Петербурга
195027, Санкт-Петербург, Среднеохтинский пр., 50
ОТВЕТЧИК: ЗАО «Общественно-деловой центр «Охта»
190000, Санкт-Петербург, Галерная, д.5 лит.А
Третье лицо: РУВД Красногвардейского района Санкт-Петербурга
195176, Санкт-Петербург, Краснодонская ул., 14

КАССАЦИОННАЯ ЖАЛОБА
на решение Красногвардейского районного суда по делу №2-302/2010

"17" февраля 2010 года Красногвардейским районным судом города Санкт-Петербурга (председательствующий судья – Бакуменко Т.Н.) было вынесено Решение по гражданскому делу по Исковому заявлению Николаева Алексея Юрьевича к Администрации Красногвардейского района г. Санкт-Петербурга, Комиссии по землепользованию и застройке Санкт-Петербурга, Комиссии по землепользованию и застройке Красногвардейского района, ОАО ОДЦ «Охта» о признании публичных слушаний несостоявшимися, повторном проведении публичных слушаний (далее по тексту – «Решение», «Обжалуемое решение»).

Обжалуемым решением в иске было отказано. Истец считает Обжалуемое решение незаконным, необоснованным и подлежащим отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Решение подлежит отмене в связи тем, что выводы, сделанные Судом в Решении, не основаны на материалах дела и на действующем законодательстве, в связи с неправильным толкованием судом закона и неправильным его применением, неправильным определением Судом обстоятельств, имеющих значение для дела, а также в связи с нарушением норм процессуального права, которое путем ограничения процессуальных прав истца привело к неправильному разрешению дела.

Решение подлежит отмене по следующим основаниям:

1. По мнению суда «Факт нарушения общественного порядка при проведении публичных слушаний не оспаривается ответчиками, однако данные нарушения носили единичный характер, не являлись массовыми и не привели к срыву слушаний. Истец не представил доказательств нарушения его прав на получение информации и права на выступление в связи с нарушениями общественного порядка. Согласно протокола обсуждения и стенографического отчета слушаний по вопросу предоставления разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства на территории предлагаемого строительства Общественно-делового центра «Охта» в процессе проведения слушаний выступали граждане, являющиеся как сторонниками, так и противниками строительства (т. 1 л.д. 16-174).

Представленная истцом видеосъемка и раскадровка видеозаписи не свидетельствует о конкретных фактах нарушения прав истца, напротив, на раскадровке зафиксирован истец, сидящий в зале, общественный порядок в месте нахождения истца не нарушается (т.2 л.д.85-95). Как пояснил истец в судебном заседании и как установлено судом, в отношении истца никем не предпринимались какие-либо незаконные действия. Ссылки истца на то, что он боялся выступать, из-за страха быть выведенным из зала, ничем не подтверждены».

Во-первых, ст. 213 Уголовного кодекса Российской Федерации определяет хулиганство, как грубое нарушение общественного порядка, выражающее явное неуважение к обществу; П.2 ст. 116 УК РФ определяет состав преступления – побои - нанесение побоев или совершение иных насильственных действий, причинивших физическую боль; Ст. 130 УК РФ описывает оскорбление, то есть унижение чести и достоинства другого лица, выраженное в неприличной форме; ч.1 ст. 20.1. КоАП РФ устанавливает административную ответственность за совершение мелкого хулиганства, то есть нарушения общественного порядка, выражающего явное неуважение к обществу, сопровождающееся нецензурной бранью в общественных местах, оскорбительным приставанием к гражданам.

Все указанные нормы не ставят определение составов преступлений и правонарушения в зависимость от единичности либо массовости, носимой этими противоправными актами. К примеру, совершение насильственных действий один единственный раз одним единственным лицом будет соответствовать составу преступления, предусмотренному ст. 116 УК РФ. По мнению Истца неприемлемо со стороны суда делать вывод о значимости того или иного не оспариваемого и признанного в судебном заседании, как факт, нарушения общественного порядка, как носящего небольшую значимость и оказавшего малое влияние на общую атмосферу на публичных слушаниях.

Во-вторых, сам по себе вывод суда о том, что нарушения общественного порядка при проведении публичных слушаний «носили единичный характер, не являлись массовыми» не основан на материалах дела и является следствием недостаточного исследования судом материалов дела, в том числе неполной оценке свидетельских показаний. Так, свидетель Сизова В.Н. в заседании 16 февраля 2010 года показала: «…в зале неизвестные лица нападали на людей, избивали их…», «За время проведения публичных слушаний это случалось неоднократно» (т.3, л.д. 28); свидетель Семенов А.А. указал: «В зале неизвестные лица избивали граждан, не давали им выступать» (т.3, л.д. 30), «… первый эпизод нарушения общественного порядка заключался в том, что группа молодых людей скручивали, избивали, толкали людей, ругались, выводили людей из зала, мне было не понятно, за что их выводили. Лишали права выступить, не давали слова, не подпускали к микрофонам. Второй эпизод нарушения общественного порядка заключался в том, что трое молодых людей пытались пройти к свободному месту, как в это время на них набросились неизвестные люди, в том числе сотрудники частной охранной деятельности, и стали избивать этих людей, в это время я находился в правом проходе зала, слева от меня сидела женщина, а справа мужчина пожилого возраста, когда началась нервная обстановка, кто-то начал звать врача, для мужчины пожилого возраста, которому стало плохо, после чего неизвестные люди ударили ногой по лицу мужчине, который помогал пенсионеру. Третий эпизод нарушения общественного порядка заключался в том, что у женщины хотели отнять видеокамеру» (т.3, л.д. 31), свидетель Воронцов А.С.: «…неустановленные лица затевали драки, потасовки…», «При проведении публичных слушаний - было нарушение общественного порядка», «В зале постоянно были потасовки» (т.3, л.д. 33), Свидетель Карпов А.С.: «когда за моей спиной происходили потасовки, я оборачивался и видел истца» (т.3, л.д. 34), «Так же в зале было нарушение общественного порядка, я видел, как два молодых человека в гражданской форме обзывали людей, как отобрали фотоаппарат. В зале постоянно были оскорбления, драки, потасовки» (т.3, л.д.35), «За все время выступления, сзади меня происходили драки, меня толкали и выталкивали от микрофона» (т.3, л.д. 36), свидетель Дряхлова Е.Г.: « сзади нас толкали сотрудники в гражданской форме, они выталкивали людей из зала» (т.3, л.д. 37), свидетель Малышева Е.Г.: «… в проходе постоянно толкались, происходили потасовки…» «…меня толкали в спину, при мне избивали людей» (т.3, л.д. 39), свидетель Красавина Т.В.: «Люди в штатском затевали драку», «Люди в штатском посылали всех матом, отбирали микрофон и не давали никому выступить, бесцеремонно себя вели данные лица» (т.3, л.д. 40).

В соответствии с п.1 ст.55 ГПК РФ, свидетельские показания являются доказательством в гражданском процессе, п.1 и п.4 ст. 67 ГПК устанавливает обязанность Суда по оценке доказательств. Приведенные выше показания позволяют заключить, что все без исключения свидетели указывали на многократность и массовость нарушений, имевших место при проведении публичных слушаний, руководствуясь приведенными процессуальными нормами, Суд обязан был оценить приведенные показания и, обобщив их, сделать вывод. В случае если Суд по каким-либо обстоятельствам посчитал, что данная свидетелями в один голос информация не соответствует действительности, он, помимо сказанного, обязан был отразить это в Решении совместно с обоснованием своей позиции.

Однако в своем Решении Суд не уделил никакого внимания однозначным свидетельским показаниям, попросту проигнорировав информацию, которая в полной мере подтверждает позицию Истца о массовости нарушений в зале, обоснованность его опасений за свою безопасность и безопасность своих близких, объясняет и наглядно иллюстрирует прямую взаимосвязь между нарушениями общественного порядка в зале и нарушенным правом истца на получение информации и выступление.

Ст. 22 Конституции Российской Федерации устанавливает право граждан на свободу и личную неприкосновенность. Допрошенные в ходе судебного заседания свидетели показали, что при проведении публичных слушаний Истец попадал в самый эпицентр побоев и иных нарушений общественного порядка, при этом, не принимая в них участия, своими действиями не совершая противоправных действий, что подтвердил также представитель УВД Красногвардейского района Санкт-Петербурга (т.3, л.д.27). В такой обстановке, становится абсурдным указание на то, что Истец мог воспользоваться своим правом на выступление и получение информации, поскольку он был вынужден концентрироваться исключительно на том, чтобы не пострадать физически, а также на том, чтобы, по возможности, обезопасить своих близких. Сам факт, что, по счастливой случайности, Истцу не было нанесено физических увечий (хотя увечия были нанесены у него на глазах его родственникам) ни в коей мере не является обстоятельством, исключающим противоправность действий организаторов публичных слушаний, позволивших совершиться беспорядкам, а также нарушение прав Истца наличием этих беспорядков в непосредственной близости от него и непосредственная угроза, с этим связанная.

Приобщенные к материалам дела видеозаписи в совокупности со свидетельскими показаниями позволяют заключить, что Истец мог предпринять попытку реализовать свое право на выступление лишь путем применения физической силы к лицам, препятствовавшим и заграждавшим проход к микрофону. Неприменение Истцом физической силы ни в коей мере не является обстоятельством, позволяющим заключить, что его право на выступление, на диалог с организаторами и с участниками публичных слушаний было не реализовано по причине отсутствия на то его личного желания.

Таким образом, вывод Суда, что права Истца на выступление не было нарушено, ввиду того, что в деле отсутствуют какие-либо доказательства, подтверждающие связь между нарушениями общественного порядка и невозможностью для Истца выступить, не основан на материалах дела, в частности на свидетельских показаниях, предоставленных видеозаписях и раскадровках к ним.

Более того, вывод суда о том, что права Истца не были нарушены беспорядками, непосредственно посягающими на его безопасность, соответствующими составам преступлений, предусмотренных Уголовным Кодексом РФ, полностью лишен смысла, противоречит основам Конституции РФ, дискредитирует цели и задачи гражданского производства и судебную систему правового государства в целом.

Также следует отметить, что обоснование Судом принятого решения тем фактом, что имевшие место беспорядки «не привели к срыву слушаний», тем более не основано на материалах дела и не относится к сути рассматриваемого вопроса, ввиду того, что:

• Истец не указывал срыв слушаний, как обоснование нарушения его прав на информирование и выступление, следовательно, некорректно в принципе указывать на этот факт;

• Действующее законодательство не содержит перечня конкретных обстоятельств, позволяющих признать слушанья несостоявшимися, в частности, по причине их срыва. Следовательно, признание слушаний несостоявшимися возможно исключительно волевым решением организатора. Ввиду того, что в данном случае, организатором публичных слушаний факт наличия массовых беспорядков признается, но, тем не менее, не определяется, как достаточное основание для прекращения процедуры слушаний, и вовсе непонятно, возможен ли был в принципе в данном случае срыв слушаний.

Видеозаписи, просмотренные в судебном заседании, позволяют определить наличие на слушаниях многочисленных эпизодов действий группы лиц, которые можно квалифицировать, в соответствии с составами, определенными Уголовным Кодексом РФ. Тем не менее, Судом наличие уголовных преступлений в процессе публичных слушаний не признается достаточным основанием для признания слушаний несостоявшимися. Указанные действия Суда можно квалифицировать, единственное, как умышленную попытку оправдать организаторов публичных слушаний, сознательно занизив их ответственность в вопросе организации слушаний, создания атмосферы, позволяющей участникам выступать и воспринимать информацию. Таким образом, в действиях Суда при рассмотрении дела имеет место грубейшее нарушение основополагающих, базовых принципов гражданско-процессуального законодательства, устанавливающих равенство сторон в процессе.

2. Судом не была произведена должная оценка свидетельских показаний, что в итоге привело к следующему выводу, содержащемуся в Решении: «Показания свидетелей Сизовой В.Н., Семенова А.А., Воронцова А.С., Карпова А.С., Дряхловой Е.Г., Малышевой Е.Г., Красавиной Т.В. не могут быть приняты во внимание, так как данные свидетели не подтвердили доводы истца о нарушении его прав, не указали на конкретные обстоятельства нарушения прав истца, в частности на право выступления. Кроме того, свидетели Карпов А.С. , Малышева Е.Г. реализовали свое право на выступление, несмотря на то, что ссылались на нарушение общественного порядка в зале. Данные обстоятельства подтверждаются стенографическим отчетом. Кроме того, большинство свидетелей не знали истца в момент проведения публичных слушаний (т.1 л.д. 114-116,169-171».

В показаниях указанных свидетелей содержится, помимо изложенной ранее, следующая информация:

Свидетель Сизова В.Н.: «в зале были очень громко включены динамики, что-то сказать было невозможно, было слишком шумно»; «я не могла сосредоточиться и задать вопросы, или выступить. Так же журналист Семенов А.А. не мог задать какие-то вопросы, ввиду шума, драк» (т.3, л.д.28);

Свидетель Семенов А.А.: «В соответствии с порядком проведения слушаний на слушаниях можно высказать свое мнение, выступить, однако 01.09.2009 года это сделать было не возможно, так как атмосфера препятствовала выступлению. Возле микрофонов была давка, было не подойти. Я видел истца на слушаньях, но я не знал, как его зовут» (т.3, л.д. 30); на вопрос представителя Администрации Красногвардейского района, была ли возможность выступить: «если неизвестные молодые люби не препятствовали этому» (т.3, л.д. 31);

Свидетель Карпов А.С.: «Истца я видел на публичных слушаниях, которые были проведены 01.09.2009г. Мне известно, что права истца были нарушены, так как истцу не предоставили возможность выступить при проведении публичных слушаний, время выступления было ограничено, было не понятно кому предоставляется слово», «Когда я стоял в очередь к микрофону, впереди меня стояли два молодых человека, которые препятствовали в том, чтобы пройти к микрофону. Сзади меня в том же проходе в очередь к микрофону стоял истец, когда за моей спиной происходили потасовки я оборачивался и видел истца» (т.3, л.д. 34), «когда я выступил, публичные слушания были объявлены закрытыми, сзади меня стояло в очередь к микрофону еще человек 15, однако выступить они так и не смогли», «Мне было трудно выступать у микрофона. Когда нас только запустили в зал перед началом проведения публичных слушании, в зале очень громко по экрану рекламировали какой-то фильм, более того в зале было ужасно тесно, душно, постоянно были какие-то потасовки, было сложно сосредоточиться из-за шума, также перед входом в зал, у нас забрали воду, Выступления президиума были не по теме, а по другим вопросам» (т.3, л.д.35), «чтобы удержать свое место (у микрофона), я должен был пинаться» (т.3, л.д.36),

Свидетель Дряхлова Е.Г.: «Я видела, что истец стоял с Андроновой», «Я знаю, что истец пытался выступить, он стоял справа от микрофона, а я слева, но выступить истец так и не смог, так как не был допущен до микрофона, сзади нас толкали сотрудники в гражданской Форме, они выталкивали людей из зала. Зал был переполненный, было много народа и было очень шумно, что не возможно было сосредоточиться. Когда я Уперлась в спину двух молодых людей в гражданской форме, я обернулась назад и увидела, как истца отсекали от микрофона» (т.3, л.д.37), «Истец стоял в проходе и ждал в очереди к микрофону» (т.3, л.д. 38);

Свидетель Малышева Е.Г.: «Истца я знаю, так как очень хорошо знакома с его супругой Андроновой Ольгой Олеговной», «Обстановка в зале была нервозной, тревожной. Выступить было очень тяжело, лично я не могла подойти к микрофону и выступить, мне не дали задать вопросы, те люди, которые стояли в штатском, и ведущий - Галахов. Я находилась в правом проходе, а истец в левом, в проходе постоянно толкались, происходили потасовки, истец так же не смог подойти к микрофону и выступить» (т.3, л.д.39);

Свидетель Красавина Т.В.: «с истцом я знакома», «Истца на публичных слушаниях я видела, он стоял с моей знакомой Андроновой О.О. Он стоял в левом проходе от двери президиума я сидела в Центре. Истец попадал в эпицентр избиений» (т.3, л.д. 40), на вопрос представителя Комиссии по землепользованию и застройке Красногвардейского района Санкт – Петербурга, чем были нарушена права Истца: «тем, то что истец не имел возможности выступить. Более того, в зале были постоянно потасовки, было душно, очень шумно» (т.3, л.д. 41).

Таким образом, свидетельские показания, зафиксированные в протоколе судебного заседания 16 февраля 2010 года, позволяют однозначно установить следующие факты:

• Атмосфера в зале делала выступление или получение какой-либо информации невозможным, давление акустических систем было настолько мощным, что сосредоточиться на чем-либо было весьма затруднительно;

• Истец предпринимал попытки пробраться к микрофону единственным возможным способом – стоял в очереди (данное обстоятельство не оспаривается Ответчиком (т.3 л.д.49)). В то же время стенограмма, составленная Ответчиком по аудиозаписи публичных слушаний, не содержит выступлений Истца. Следовательно, факт предприятия Истцом единственно возможной попытки реализовать свое право, подтвержденный свидетелями и не оспариваемый Ответчиком, не привел ни к какому результату. Ввиду того, что, в данном случае, изъявление участником публичных слушаний желания выступить, вступить в диалог с организаторами и с другими участниками слушаний, корреспондирует организаторам обязанность по предоставлению ему слова, доступа к микрофону и, в случае, если выступление будет содержать вопрос – ответа на него, реализация Истцом своего желания выступить (которая, как установлено, имела место – человек предпринял попытку подойти к микрофону путем занятия очереди) обязала организаторов (Ответчиков по данному делу) предоставить ему слово. Однако организаторами слушаний эта обязанность не была выполнена, свидетельством чего является отсутствие выступления Истца в предоставленной Ответчиками стенограмме;

• Истец непосредственно находился в эпицентре нарушений общественного порядка группой лиц в гражданской одежде, его личности угрожала опасность применения физической силы, выведения из зала;

• Подход к микрофону был возможен только тем лицам, которых допускали некие «молодые люди в гражданской одежде», остальных они отстраняли путем применения физической силы, оскорблениями и тому подобным.

Все вышеперечисленное явствует из приведенных свидетельских показаний, то есть свидетелями описаны конкретные обстоятельства нарушения прав Истца («Я находилась в правом проходе, а истец в левом, в проходе постоянно толкались, происходили потасовки, истец так же не смог подойти к микрофону и выступить», «я обернулась назад и увидела, как истца отсекали от микрофона», свидетель Карпов А.С, указал, что Истец, стоявший в очереди за ним не успел выступить в связи с объявлением публичных слушаний закрытыми).

Таким образом, изложенный в Решении вывод Суда о том, что, якобы, «свидетели не подтвердили доводы истца о нарушении его прав, не указали на конкретные обстоятельства нарушения прав истца, в частности на право выступления» полностью противоречит действительным обстоятельствам дела, в частности, зафиксированным в протоколе судебного заседания.

Касательно довода о том, что «большинство свидетелей не знали истца в момент проведения публичных слушаний», следует заметить, что данное утверждение, ввиду того, что оно не основывается на действующем законодательстве, не может служить основанием для отказа в удовлетворении исковых требований.

В соответствии с п.1 ст. 69 ГПК РФ, свидетелем является лицо, которому могут быть известны какие-либо сведения об обстоятельствах, имеющих значение для рассмотрения и разрешения дела. Никакие иные нормы, в том числе нормы ГПК, не содержат в качестве необходимого условия для оценки свидетельских показаний личное знакомство свидетеля со стороной, которая ходатайствовала о допросе. Кроме того, ряд допрошенных граждан указали на то, что знали Истца, в частности, через его супругу – Андронову О.О.

В данном случае, обстоятельствами, которые могут подтвердить свидетели, являются, по меньшей мере, масштаб беспорядков и общая атмосфера на публичных слушаниях. Хотя, несмотря на единогласное указание всех свидетелей на то, что обстановка в целом сделала невозможным информирование и выступление, как таковое, Суд эти обстоятельства проигнорировал.

Карпов А.С. относительно своего выступления указал, что, у него «были трудности в том, чтобы подойти к микрофону» (т.3, л.д.34), все, что он хотел, он сказать не смог, ему было трудно выступать у микрофона (т.3, л.д.35), чтобы удержать свое место он «должен был пинаться», за все время выступления его «толкали и выталкивали», пытались отстранить от микрофона путем физического воздействия (т.3, л.д.36).

Малышева Е.Г. в заседании и вовсе показала, что не могла подойти к микрофону и выступить, ей не дали задать вопросы, которые она намеревалась задать, к ней также применялись меры физического воздействия, ее «толкали в спину» (т.3, л.д. 39).

Таким образом, вывод Суда о том, что Карпов А.С. и Малышева Е.Г. реализовали свое право на выступления, несмотря на беспорядки, применение к ним физической силы, направленное на лишение их права выступить, со стороны лиц, одетых в гражданскую одержу, неполноту выступлений, которые по задумке граждан должны были прозвучать, является беспочвенной, бессмысленной и безосновательной попыткой скрыть явное, вопиющее нарушение правопорядка на публичных слушаниях, оказать содействие стороне Ответчика в ущерб правовой позиции Истца, путем замалчивания, устранения от исследования и оценки свидетельских показаний.

3. В Обжалуемом решении Суд указал: «У суда не имеется оснований не доверять представленному стенографическому отчету, составленному ООО «Центр стенографии», являющемуся незаинтересованным лицом в исходе дела ( т.1 л.д.82-174).

Представленное истцом заключение специалиста ООО «Форенэкс» от 10-12.12.2009г. № 09/011 о несоответствии содержания стенографического отчета содержанию фонограммы 01.09.2009г. Карелия тр3 и о содержании меньшего объема информации по содержанию, не принимается судом во внимание (т.1 л.д. 205-216). Так, заключение дано по заявлению Андроновой О.О., не являющейся стороной по настоящему гражданскому делу, предметом исследования являлась фонограмма, переданная Андроновой О.О. (т.1 л.д.219-236).

По тем же основаниям, суд не принимает во внимание заключение специалиста - адвоката Международной коллегии адвокатов «Санкт-Петербург» Габуния И.Т. От 10.12.2009г. № 4399/308, согласно которому при проведении публичных слушаний имели место массовые нарушения общественного порядка, а так же нарушения прав граждан на осуществление местного самоуправления посредством прямого волеизъявления, признании публичных слушаний не состоявшимися; заключение специалиста (без номера и даты)- директора по безопасности ЗАО «Эврика» - Волкова И.В. , согласно которому при проведении публичных слушаний имели место многочисленные нарушения общественного порядка (т.2 л.д.98-105) Данные заключения даны на основании исследования, представленной Андроновой О.О. видеозаписи публичных слушаний.

Кроме того, Волков И.В. находится в подчинении истца, являющегося генеральным директором ЗАО «ЭВРИКА», что вызывает сомнение у суда в беспристрастности данного специалиста (т.2 л.д.100)».

В соответствии с п.1 ст. 55 ГПК РФ, доказательствами по делу являются полученные в предусмотренном законом порядке сведения о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела.

Эти сведения могут быть получены из объяснений сторон и третьих лиц, показаний свидетелей, письменных и вещественных доказательств, аудио- и видеозаписей, заключений экспертов.

П. 2 означенной нормы, устанавливает, что доказательства, полученные с нарушением закона, не имеют юридической силы и не могут быть положены в основу решения суда.

Процессуальное законодательство содержит единственное базовое требование к предоставленным сведениям о фактах, на основе которых суд устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения сторон, а также иных обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела – они должны быть получены в установленном законом порядке. Это требование изложено в п.2 ст.55 ГПК РФ и данная норма не подлежит расширительному трактованию.

Предоставленные Истцом в подтверждение свой позиции доказательства (заключение специалиста ООО «Форенэкс» от 10-12.12.2009г. № 09/011, заключение специалиста - адвоката Международной коллегии адвокатов «Санкт-Петербург» Габуния И.Т. От 10.12.2009г. № 4399/308, заключение специалиста Волкова И.В.) предоставлены в форме, прямо предусмотренной ст. 55 ГПК – «Заключение специалиста», то есть являются допустимыми доказательствами, содержат объективную трактовку спорной ситуации, независимо от объяснений сторон, то есть являются относимыми доказательствами, получены в предусмотренном порядке по запросу гражданина, без каких-либо нарушений действующего законодательства, предоставлены Истцу для использования Андроновой О.О. на основании письменного разрешения, приложенного ко всем документам.

Таким образом, отказ Суда от исследования представленных доказательств на основании того, что они получены по заказу Андроновой О.О., не являющейся стороной по настоящему делу, ввиду отсутствия правового подкрепления, является процессуальным нарушением.

В то же время приведенные заключения специалистов содержат подтверждения подложности доказательств Ответчиков, обоснования позиции Истца и являются непосредственной реализацией установленного ст. 35 ГПК РФ права и обязанности истца на подкрепление доказательствами своей позиции.

Кроме того, ввиду отсутствия в действующем законодательстве норм о том, что специалист, к которому был обращен запрос о проведении исследования, не может находиться в подчинении лица, запросившего экспертизу, а также ввиду того, что Истцом факт подчиненности Волкова И.В. не скрывался, а был открыто заявлен в суде, и, самое главное, заключение было дано от имени Волкова И.В., как от лица, обладающего достаточным опытом и знаниями в исследуемой области – полковника милиции в отставке, имеющего значительный опыт службы в правоохранительных органах, а не как от сотрудника ЗАО «ЭВРИКА», указанное утверждение Суда и вовсе безосновательно и не может быть положено в обоснование принятого решения.

4. Суд посчитал, что «Ссылки истца на то, что организаторами слушаний был выбран не подходящий зал, его несоответствие санитарным норма и правилам для проведения публичных слушаний, ничем не подтверждены. Представленное истцом описание зала «Ладога» в гостинице «Карелия» не подтверждает доводы истца (т.2 л.д.229)».

Во-первых, в соответствии с п. 4.41 Строительные нормы и правила СНиП 31-06-2009 "Общественные здания и сооружения", утв. приказом Министерства регионального развития РФ от 1 сентября 2009 г. N 390, площадь конференц-залов следует принимать по расчетному показателю площади на одно место. При этом в залах на 150 и более мест (без пюпитров) – из расчета не менее 1 м.кв. на одного человека.

В судебном заседании представителем Истца было заявлено ходатайство о приобщении к материалам дела описания зала «Ладога», с указанием общей площади зала, предназначенной для размещения участников – 302 м.кв. При такой площади помещения, как и было указано в ходатайстве, количество участников слушаний не могло превышать 300 человек. В то же время, указанное количество было вдвое превышено 1 сентября 2009 года – в зале, как показал Ответчик, находилось не менее 600 человек.

В данном случае, прямая ссылка Истца на норму права, действующий норматив, общеобязательный при проведении соответствующих мероприятий, не явилась для суда подтверждением того, что зал был выбран неверно. Суд не посчитал обязательным для применения СНиП 31-06-2009 "Общественные здания и сооружения", утв. приказом Министерства регионального развития РФ от 1 сентября 2009 г. N 390.

Истец полагает, что в данном случае Судом были нарушены нормы материального права, ввиду того, что, несмотря на прямое указание Истца, Суд все же не смог применить их к рассматриваемой ситуации.

Во-вторых, в соответствии с данными протокола судебного заседания от 13 января 2010 года, представитель ЗАО «Общественно-деловой центр «Охта» указал: «Нами проводились другие слушания, и было снято более большое помещение, но зал был не заполнен, эти слушания по наполнению зала предполагались идентичными. С точки зрения безопасности был выбран зал гостиницы «Карелия». Снятие маленького помещения не было нашей целью».

Свидетельские показания, данные в процессе судебного заседания 16 февраля 2010 года, опровергают данное утверждение Ответчика. Так, свидетель Семенов А.А. показал: «я участвовал в проведении публичных слушаний в январе 2008 года, тогда зал, где проводились публичные слушания, был больше - тоже было много людей» (т.3, л.д. 30), свидетель Карпов А.С. показал: «я участвовал в проведении публичных слушаний 01.09.2009г. в третий раз, до этого на публичных слушаниях залы так же были переполнены», свидетель Малышева Е.Г. на вопрос Истца, каково было наполнение зала при проведении других публичных слушаний по вопросу строительства Общественно-делового центра «Охта» указала: «народа в зале всегда было много, не помещались люди в зале» (т.3, л.д.40).

Приведенные свидетельские показания позволяют установить, что предположить незаполненность зала при проведении публичных слушаний у организаторов и заинтересованных лиц – ЗАО «ОДЦ «Охта» не было никаких оснований, ввиду того, что все слушания, проходившие по этому вопросу до 1 сентября 2009 года, собирали значительное количество людей, залы были переполнены, гражданам не хватало места. Следовательно, представителем ЗАО «ОДЦ «Охта» была дана в суде ложная информация. Более того, ЗАО «ОДЦ «Охта» имел достаточный опыт в вопросе проведения слушаний и прекрасно знал о том, что зал на 300 мест не сможет вместить в себя всех участников, а в случае, если количество граждан превысит 300 человек – будут созданы условия, неприемлемые для обсуждения вопроса, информирования и полноценного диалога с участниками, то есть для реализации цели публичных слушаний, установленной п.1 ст.3 Закона Санкт-Петербурга №400-61 «О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге».

Таким образом, анализ свидетельских показаний и позиции Ответчика - ЗАО «ОДЦ «Охта» - изложенных в судебном заседании, в случае, если бы такой анализ был Судом произведен, сделал бы очевидным следующее обстоятельство: представители ЗАО «ОДЦ «Охта», имея опыт проведения публичных слушаний, знали достоверно, что на слушаниях будут присутствовать не менее пятисот участников, и, тем не менее, ими был выбран зал, по площади вдвое меньше, чем то необходимо. Какова же в таком случае была цель ЗАО «ОДЦ «Охта», как не создание наиболее некомфортной, тяжелой, травмоопасной атмосферы, препятствующей свободному выступлению и получению информации?

5. В Обжалуемом решении «Суд учитывает, что истец имел право на подачу своего заявления (возражения) в письменном виде, как в президиум, так и в Администрацию Красногвардейского района.

Из заключения о результатах публичных слушаний от 09.09.2009г. установлено, что обращения от граждан поступали с 01.09.2009г по 08.09.2009г., все обращения граждан учтены при даче заключения».

В данном случае имеет место неправильное определение Судом обстоятельств, имеющих значение для дела.

Ст. 7 Закона Санкт-Петербурга №400-61 «О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге» устанавливает две формы участия в публичных слушаниях – путем непосредственного посещения публичных слушаний, участия в обсуждении, высказывания своего мнения, заслушивания мнений других участников, получение ответов на заданные вопросы, а также путем представления в письменном виде своих аргументированных предложений и обоснованных замечаний для включения в протокол.

Согласно действующему законодательству, в том числе Закону СПб № 400-61, гражданин может выбрать способ реализации своего права на участие в публичных слушаниях самостоятельно. При этом никто не может ограничить его в выборе способа защиты его интересов и осуществления им своих прав. Ни один нормативный акт не возлагает на Истца или другого участника публичных слушаний обязанность использовать какой-либо определенный способ участия, так же как и использовать одновременно оба предоставленных Законом СПб № 400-61 способа.

В то же время, обязанность предоставить участникам публичных слушаний не только номинально именоваться участниками, но и в действительности учавствовать в обсуждении поставленного на слушания вопроса, вытекает из смысла ст.ст.3, 7 и других положений, установленных Законом Санкт-Петербурга №400-61 «О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге».

Следовательно, факт нарушения права Истца на участие путем препятствования ему в выступлении, создания атмосферы насилия и унижения человеческого достоинства уже сам по себе является нарушением со стороны организаторов и Ответчиков по данному делу и может быть обжалован в суд.

Более того, рассмотрение вопроса о наличие либо отсутствии со стороны Истца попыток принять участие в публичных слушаниях иным способом, нежели 1 сентября 2009 г. в гостинице «Карелия», ввиду отсутствия в законодательстве прописанной обязанности участника слушаний подавать заявления в течение четырех дней после слушаний, либо пытаться достучаться до организаторов путем подачи в президиум записок и обращений, вообще не имеет значения для дела. А значит, исследование Судом обстоятельств, касающихся возможности Истца зафиксировать свое участие иным способом, и, тем более, отражение этой возможности в Решении представляет собой не что иное, как попытку создать видимость нежелания Истца в действительности реализовать свое гражданское право путем исследования заведомо не имеющих значения для дела обстоятельств.

6. При вынесении Решения, Суд определил, что «В силу ст. 14 Закона Санкт-Петербурга от 30.12.2003 г. № 778-116 «Об основах регулирования градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге», действовавшей в период проведения публичных слушаний, Комиссия по землепользованию и застройке Санкт-Петербурга является постоянно действующим коллегиальным совещательным органом при Правительстве Санкт-Петербурга». Комиссия создается с целью организации и проведения публичных слушаний по проекту Правил застройки Санкт-Петербурга, по проектам решений о внесении в них изменений, а так же по решениям о предоставлении разрешений на условно разрешенный вид использования и решениям о предоставлении разрешений на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства, реконструкции объектов капитального строительства.

В силу ч. 3 ст. 14 Закона Санкт-Петербурга от 30.12.2003г. № 778-116 «Об основах регулирования градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге» состав и порядок деятельности Комиссии определяются Положением о комиссии, утверждаемом постановлением Правительства Сан кт-Петербурга.

Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 16.05.2006г. № 560 «Об утверждении Правил реализации генерального Плана Санкт-Петербурга» утверждено Положение о Комиссии по землепользованию и застройке, пунктом 1.2 которого предусмотрено, что функции (полномочия) Комиссии на территории районов Санкт-Петербурга выполняют ее территориальные подразделения — районные комиссии по землепользованию и застройке Санкт-Петербурга (далее районные комиссии). Списочный состав районных комиссий утверждается решением Комиссии.

Постановлением Правительства Санкт-Петербурга от 16.05.2006г. № 560 «Об утверждении Правил реализации генерального Плана Санкт-Петербурга» утверждено Положение о Комиссии по землепользованию и застройке, пунктом 1.2 которого предусмотрено, что функции (полномочия) Комиссии на территории районов Санкт-Петербурга выполняют ее территориальные подразделения — районные комиссии по землепользованию и застройке Санкт-Петербурга (далее районные комиссии). Списочный состав районных комиссий утверждается решением Комиссии.

Анализ приведенных норм права позволяет прийти к выводу о том, что районные комиссии являются структурными подразделениями городской комиссии и выполняют функции городской комиссии, в том числе и по организации и проведению публичных слушаний».

По данному вопросу следует отметить, что, в соответствии со ст. 130 Конституции Российской Федерации:

1. Местное самоуправление в Российской Федерации обеспечивает самостоятельное решение населением вопросов местного значения, владение, пользование и распоряжение муниципальной собственностью.

2. Местное самоуправление осуществляется гражданами путем референдума, выборов, других форм прямого волеизъявления, через выборные и другие органы местного самоуправления.

В соответствии с ч. 1 ст. 131, ст. 133 Конституции Российской Федерации:

1. Местное самоуправление осуществляется в городских, сельских поселениях и на других территориях с учетом исторических и иных местных традиций. Структура органов местного самоуправления определяется населением самостоятельно.

Местное самоуправление в Российской Федерации гарантируется правом на судебную защиту, на компенсацию дополнительных расходов, возникших в результате решений, принятых органами государственной власти, запретом на ограничение прав местного самоуправления, установленных Конституцией Российской Федерации и федеральными законами.

Согласно ч. 3, 4, ст. 40 Гр.К.РФ: Порядок организации и проведения публичных слушаний определяется уставом муниципального образования и (или) нормативными правовыми актами представительного органа муниципального образования с учетом положений настоящей статьи.

В соответствии с ч.ч. 2,3 ст. 39 Гр.К.РФ:

2. Вопрос о предоставлении разрешения на условно разрешенный вид использования подлежит обсуждению на публичных слушаниях. Порядок организации и проведения публичных слушаний определяется уставом муниципального образования и (или) нормативными правовыми актами представительного органа муниципального образования с учетом положений настоящей статьи.

3. В целях соблюдения права человека на благоприятные условия жизнедеятельности, прав и законных интересов правообладателей земельных участков и объектов капитального строительства публичные слушания по вопросу предоставления разрешения на условно разрешенный вид использования проводятся с участием граждан, проживающих в пределах территориальной зоны, в границах которой расположен земельный участок или объект капитального строительства, применительно к которым запрашивается разрешение. В случае, если условно разрешенный вид использования земельного участка или объекта капитального строительства может оказать негативное воздействие на окружающую среду, публичные слушания проводятся с участием правообладателей земельных участков и объектов капитального строительства, подверженных риску такого негативного воздействия.

Из приведённых норм следует, что федеральное законодательство относит вопрос о проведении публичных слушаний по предмету отклонения от предельных параметров разрешённого строительства к числу вопросов местного значения и к полномочиям органов местного самоуправления.

Согласно ст. 63 Градостроительного Кодекса Российской Федерации: В случае, если законами субъектов Российской Федерации - городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга полномочия в области градостроительной деятельности не отнесены к перечню вопросов местного значения, определенному законами указанных субъектов Российской Федерации в соответствии со статьей 79 Федерального закона от 6 октября 2003 года N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", полномочия, установленные частью 3 статьи 8 настоящего Кодекса, осуществляются органами государственной власти субъектов Российской Федерации - городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга.

В соответствии с ч. 3, ст. 8 Гр.К.РФ

3. К полномочиям органов местного самоуправления городских округов в области градостроительной деятельности относятся:

1) подготовка и утверждение документов территориального планирования городских округов;

2) утверждение местных нормативов градостроительного проектирования городских округов;

3) утверждение правил землепользования и застройки городских округов;

4) утверждение подготовленной на основе документов территориального планирования городских округов документации по планировке территории, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом;

5) выдача разрешений на строительство, разрешений на ввод объектов в эксплуатацию при осуществлении строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства, расположенных на территориях городских округов;

6) ведение информационных систем обеспечения градостроительной деятельности, осуществляемой на территориях городских округов;

7) принятие решений о развитии застроенных территорий.

(п. 7 введен Федеральным законом от 18.12.2006 N 232-ФЗ)

Системный анализ указанных норм позволяет сделать вывод, что проведение публичных слушаний не может быть отнесено к предмету полномочии органов исполнительной власти, так как перечень полномочий органов местного самоуправления городских округов, указанный в ч. 3, ст. 8 Градостроительного кодекса российской Федерации, является исчерпывающим, а потому они делегируются органам исполнительной власти Санкт-Петербурга в объёме, предусмотренном ч. 3, ст. 8 Градостроительного Кодекса Российской Федерации, и в порядке, предусмотренном ст. ч.3, п. 3, ст. 39 ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации». В перечень полномочий органов местного самоуправления в области градостроительной деятельности, содержащийся в ч. 3, ст. 8 Градостроительного Кодекса Российской Федерации не включено право на проведение публичных слушаний, который прямо относится к вопросам местного значения и не делегируется органам исполнительной власти субъекта РФ.

Согласно ч.2, п. 3, ст. 39 ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации», организация местного самоуправления в городах федерального значения осуществляется с особенностями, установленными законом. В частности: «Предусмотренные федеральными законами полномочия органов местного самоуправления по решению вопросов местного значения осуществляются органами местного самоуправления внутригородских муниципальных образований городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга в том случае, если соответствующие вопросы определены как вопросы местного значения законами субъектов Российской Федерации - городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга (абзац введен Федеральным законом от 31.12.2005 N 199-ФЗ»).

В соответствии со ст. 10 Закона Санкт-Петербурга от 23.09.2009 N 420-79 "Об организации местного самоуправления в Санкт-Петербурге" (принят ЗС СПб 23.09.2009):

1. К вопросам местного значения муниципальных образований муниципальных округов относятся:

1) принятие устава муниципального образования и внесение в него изменений и дополнений, издание муниципальных правовых актов.

Таким образом, положения ст. 39, 40 Градостроительного Кодекса Российской Федерации, являющиеся отсылочными по своей правовой природе, свидетельствуют о том, что порядок организации и проведения публичных слушаний определяется уставом соответствующего муниципального образования, и отнесены к вопросам местного значения.

Суд пришёл к выводу о законности проведения публичных слушаний государственным органом, однако такой вывод грубо противоречит нормам Конституции РФ, гарантирующей каждому право на местное самоуправление.

В приведенной ситуации Суду следовало руководствоваться нормативно-правовым актом, имеющим наивысшую юридическую силу – Конституцией Российской Федерации, как прямо предписано п.1 ст.11 ГПК РФ.

7. Суд посчитал, что «Доводы истца относительно регламента не принимаются судом во внимание, так как регламент был разработан с целью удобства работы по обсуждению документации и для поддержания порядка при проведении общественного обсуждения. Требований к наличию регламента и порядка проведения подобного рода мероприятий действующим законодательством не предусмотрено».

Несмотря на то, что действующее законодательство не предъявляет каких-либо требований к регламенту проведения публичных слушаний, порядок их проведения напрямую связан с нормами, закрепленными в ч. 1 ст. 3 и ч. 3 ст. 7 Закона Санкт-Петербурга от 20 июля 2006 года №400-61 «О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге» №400-61 от 20 июля 2006 года (далее по тексту – «Закон №400-61»), ч. 4 ст. 40 Градостроительного кодекса РФ. Согласно названным статьям публичные слушания являются обязательной процедурой при решении вопроса о предоставлении разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства и проводятся в целях учета интересов физических и юридических лиц при осуществлении градостроительной деятельности, соблюдения прав человека на благоприятные окружающую среду и условия жизнедеятельности.

Содержание процедуры публичных слушаний подробно отражено в ст.ст. 6-8 Закона №400-61. Суть публичных слушаний заключается именно в обсуждении документации (материалов, представленных для обсуждения), то есть публичные слушания не должны в принципе ограничиваться выступлениями организаторов их проведения и лиц, высказывающихся исключительно за принятие положительного решения по результатам слушаний. Лицам, которые придерживаются мнения о невозможности предоставления разрешений на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства, то есть «специальных разрешений» не только должна быть предоставлена возможность задать вопросы организаторам публичных слушаний и приглашенным ими докладчикам, но и возможность публично высказать свое мнение, то есть довести его до сведения других участников слушаний с тем, чтобы мнение других участников могло сформироваться с учетом вновь полученной информации (именно такую процедуру можно назвать «обсуждением», а не просто «информированием»).

Таким образом, обусловленное ограничениями по времени, некомфортной психологической обстановкой и т.п. нарушение прав участников публичных слушаний задавать вопросы организаторам и в присутствии других участников получать на них мотивированные и обоснованные ответы, получать в комплекте документации, направляемой на публичные слушания, полную и достоверную информацию по предмету публичных слушаний, публично в ходе самих слушаний доводить свое мнение до организаторов проведения слушаний и до других участников, влечет за собой признание публичных слушаний несостоявшимися и требует их повторного проведения. Например, нельзя признать проведенными без нарушения закона и «состоявшимися» публичные слушания, в ходе которых было нарушено право хотя бы одного участника на получение публичного ответа на свой вопрос, даже если мнение этого участника находится в меньшинстве, поскольку ответ на такой вопрос мог содержать информацию, которая сформировала или даже изменила бы на противоположное мнение других участников.

В Обжалуемом решении Суд указал, что Регламент был разработан лишь с целью поддержания порядка при проведении общественного обсуждения. Однако основной целью такого Регламента является достижение основной задачи проведения публичных слушаний – получение объективных сведений о волеизъявлении лиц, права и интересы которых могут быть затронуты потенциальным решением: регламент проведения публичных слушаний, хотя он и не регламентируется действующим законодательством, должен быть проработан таким образом, чтобы с учетом особенностей того или иного вопроса, выносимого на публичные слушания, соблюсти в полном объеме права всех без исключения участников публичных слушаний на участие в обсуждении представленной документации.

Иными словами, в данном случае, не следует рассматривать Регламент в узком смысле – то есть, как не установленный законодательно, а, следовательно, не обязательный документ, как это сделал Суд. Регламент, нарушение которого неприемлемо, является обязательной организационной работой наравне с арендой помещения, информированием о времени и месте проведения слушаний и прочее. Регламент в широком смысле, в котором его понимает Истец, представляет собой гарантию соблюдения основной задачи публичных слушаний – продуктивного диалог между участниками слушаний и заинтересованным лицом, т.е. информирование, заслушивание мнений и ответы на вопросы.

В любом случае, независимо от оценки значимости Регламента Судом (пусть даже в узком смысле, как необязательного и не предусмотренного законодательно документа), его значение очевидно из предоставленного в судебное заседание стороной Ответчика Заключения о результатах проведения публичных слушаний по вопросу предоставления разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства, реконструкции объектов капитального строительства, где на 88 странице прямо указано, что вывод Комиссии по землепользованию и застройке Красногвардейского района о том, что следует «Публичные слушания по вопросу предоставления разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства, на земельном участке по адресу: Красногвардейская пл., д.2, лит.К, кад.№78:11:6001А:34 признать состоявшимися», основан в первую очередь на том, что «… регламент публичных слушаний был выдержан без срывов и нарушений».

В такой ситуации говорить о незначительности и несущественности нарушения Регламента неверно хотя бы ввиду того, что в материалах дела находится прямое доказательство, что на основании, в том числе, информации о соблюдении этого самого Регламента принято решение о предоставлении рекомендаций в государственный орган.

8. Суд посчитал, что «Доводы истца о проведении публичных слушаний в ненадлежащем месте, противоречат ст. 7 Закона Санкт-Петербурга «О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге», согласно которой общественные слушания проводятся, как правило, в общественных зданиях, находящихся на территории, в отношении которой осуществлена разработка (подготовка) документации, или в общественных зданиях, ближайших к указанной территории.

Данная норма права не содержит указания на обязательное проведение слушаний по месту осуществления строительства, а указывает лишь на возможность их проведения «как правило» в месте осуществления строительства. Слушания были проведены в Красногвардейском районе в МО Полюстрово.

Суд не усматривает нарушения закона в данном случае.

Кроме того, суд принимает во внимание, что представители МО Малая Охта принимали участие в проведении публичных слушаний, что подтверждается подписью Главы МО Малая Охта Монахова Д.И. в заключении.

Указание в заключении на Муниципальный округ Малая Охта (первая страница заключения) свидетельствует не о месте проведения слушаний, а о том, что на территории данного образования планируется строительство объекта.

Местом проведения слушаний в заключении указан конференц-зал гостиницы «Карелия».

Следует отметить, что позиция, высказанная представителем Истца в судебном заседании по данному вопросу Судом отражена в решении не была, как не была и аргументировано не принята во внимание.

Истец полагает, что Судом в данном случае было допущено неправильное применение норм материального права, а именно неверная трактовка ст.7 Закона Санкт-Петербурга «О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге».

Суд посчитал, что диспозитивный характер приведенной нормы допускает проведение публичных слушаний в любом подходящем здании, ограничиваясь лишь констатацией факта, что «как правило» указанные слушания проводят в общественных зданиях, находящихся на территории, в отношении которой осуществлена разработка (подготовка) документации, или в общественных зданиях, ближайших к указанной территории.

Указанная трактовка нормы Судом позволяет заключить, что единственной целью включения данной нормы в нормативно-правовой акт являлось расширение кругозора заинтересованных лиц, а не создание какой-либо определенной процедуры.

Указанная трактовка противоречит основам государственного регулирования общественных отношений, в частности в области проведения публичных слушаний.

Законодательство, в принципе, не содержит иного характера правовой нормы, нежели диспозитивная и императивная, любая норма соответствует одному из этих определений. В данной ситуации, если рассматривать данную норму, как диспозитивную, то следует заключить, что она создает определенное количество диспозиций - вариантов поведения субъектов права, имеющего юридически значимый характер. Примечательно, что диспозитивная норма, несмотря на известную долю предлагаемой свободы, все же не является «пустой», ввиду того, что создает определенные границы дозволенного поведения.

Если считать Ст.7 Закона Санкт-Петербурга «О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге» диспозитивной нормой, то в ее фабуле обнаруживаются две диспозиции: обязанность проводить публичные слушания в общественных зданиях, находящихся на территории, в отношении которой осуществлена разработка (подготовка) документации, или же, в случае, если проведение в указанных зданиях невозможно по причине, попросту, их отсутствия на указанной территории, опять же, обязанность проводить публичные слушания в общественных зданиях, ближайших к территории, в отношении которой осуществлена разработка (подготовка) документации.

Таким образом, элементарный анализ приведенной нормы, позволяет заключить, что она и вовсе не является диспозитивной, а содержит прямое указание на необходимое поведение. А, содержащаяся на первый взгляд в ст. 7 диспозиция, в действительности таковой не является, представляя собой последовательность действий в разных ситуациях – при наличии либо при отсутствии на территории, в отношении которой осуществлена разработка (подготовка) документации зданий определенного типа.

Судом в данном случае было допущено неверное толкование законодательства а, следовательно, обоснование отказа в удовлетворении Исковых требований по означенному основанию неприемлемо.

Согласно заключению по результатам публичных слушаний последние были проведены в МО Муниципальный округ Малая Охта. Однако Гостиница «Карелия», где слушания были проведены в действительности, расположена в границах Муниципального округа «Полюстрово», по адресу: Санкт-Петербург, улица Маршала Тухачевского, дом 27/2.

Ввиду расположения территории, в отношении которой осуществлена разработка документации, в МО Муниципальный округ Малая Охта, конференц-зал должен был находиться в границах означенного муниципального округа, тем более что прошлые публичные слушания, также касательно строительства ОДЦ «Охта», были проведены в МО Муниципальный округ Малая Охта и заинтересованное лицо – ЗАО «ОДЦ «Охта» - имело информацию о наличии в границах определенной законодательно территории необходимого помещения.

9. В судебном заседании 13 января 2010 года, Суд обязал Ответчика - ЗАО «Общественно-деловой центр «Охта» предоставить в судебное заседание, назначенное на 16 февраля 2010 года договор с частным охранным предприятием, обеспечивавшим, охрану общественного правопорядка при проведении общественных слушаний в гостинице «Карелия».

В соответствии с п. 2 ст. 57 ГПК РФ, лицо, у которого находится истребуемое судом доказательство, направляет его в суд или передает на руки лицу, имеющему соответствующий запрос, для представления в суд. П.п. 3,4 ст. 57 ГПК РФ определяют, что должностные лица или граждане, не имеющие возможности представить истребуемое доказательство вообще или в установленный судом срок, должны известить об этом суд в течение пяти дней со дня получения запроса с указанием причин. В случае неизвещения суда, а также в случае невыполнения требования суда о представлении доказательства по причинам, признанным судом неуважительными, на виновных должностных лиц или на граждан, не являющихся лицами, участвующими в деле, налагается штраф - на должностных лиц в размере до одной тысячи рублей, на граждан - до пятисот рублей.

Наложение штрафа не освобождает соответствующих должностных лиц и граждан, владеющих истребуемым доказательством, от обязанности представления его суду.

Ответчиком - ЗАО «Общественно-деловой центр «Охта» - истребуемый документ в заседание предоставлен не был, каких-либо разъяснений по этому факту также не последовало, однако Суд не посчитал нужным инициировать применение каких-либо санкций к Ответчику, о причинах невыполнения судебного предписания не интересовался и на выполнении его не настаивал. В этой связи Истец усматривает наличие очередного нарушения Судом принципов равенства и состязательности сторон в процессе, путем устранения от применения мер ответственности к одной стороне в ущерб правам и законным интересам другой.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст.336,337 ГПК РФ,

ПРОШУ:

Решение Красногвардейского районного суда города Санкт-Петербурга об отказе Николаеву Алексею Юрьевичу в удовлетворении исковых требований к Администрации Красногвардейского района г. Санкт-Петербурга, Комиссии по землепользованию и застройке Санкт-Петербурга, Комиссии по землепользованию и застройке Красногвардейского района, ОАО ОДЦ «Охта» о признании публичных слушаний несостоявшимися, повторном проведении публичных слушаний, отменить полностью и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином судебном составе.

"__" _______________2010 год А.Ю. Николаев