Спаси Питер! || Законы || Суды || ЕСПЧ || Публикации || Документы || Обращения к властям

"Господа офицеры, попрошу вас учесть
Кто сберег свои нервы - тот не спас свою честь"

"Трусость - самый страшный порок". М.А. Булгаков

Suum cuique

Кто там рожден, чтобы вымысел Поэта сделать былью?

Не мечите бисер перед свиньями – да не попрут его ногами
(Margaritas ante porcos )
Евангелие от Матфея (гл. 7, ст. 6)

СУДЫ

Переход к материалам дела ЕСПЧ Конст. Суд Гор. Суд РУВД Смольный, КГИОП 3-209 3\7-178\10 3\7-70\10 (лжесвидет.) 2-3288 (репутация) 2-1578(2-662) 2-1276 2-1830 (2-49) 2-673 (2-1182) 2-188 (2-4721) 2-302 (2-5379) 2-375 (2-5542) 2-1056 2-192 (2-3202) 2-3366 2-3882 (+3794) 2-4035 2-4104 2-4105 2-737 (2-3747) 2-3085 2-3950 все

---

В ПРЕЗИДИУМ ГОРОДСКОГО СУДА САНКТ-ПЕТЕРБУРГА

ИСТЕЦ: Андронова Ольга Олеговна

ОТВЕТЧИК: Администрация Красногвардейского района Санкт-Петербурга
195027, Санкт-Петербург, Среднеохтинский пр., 50

ОТВЕТЧИК: ЗАО «Общественно-деловой центр «Охта»
190000, Санкт-Петербург, Галерная, д.5 лит.А

ОТВЕТЧИК: Комиссия по землепользованию и застройке Санкт-Петербурга
191023, Санкт-Петербург, пл. Ломоносова, 2

ОТВЕТЧИК: Комиссия по землепользованию и застройке Красногвардейского
района Санкт-Петербурга
195027, Санкт-Петербург, Среднеохтинский пр., 50

ТРЕТЬЕ ЛИЦО: ООО "ИТР"
197110, Санкт-Петербург, ул. Б.Зеленина, д.8, корп.2

НАДЗОРНАЯ ЖАЛОБА
на определение Санкт-Петербургского городского суда по делу №2-4104/09

11 ноября 2009 года Красногвардейский районный суд Санкт-Петербурга, рассмотрев гражданское дело № 2-4104 по иску Андроновой О.О. к Администрации Красногвардейского района Санкт-Петербурга, ЗАО «Общественно-деловой центр «Охта», Комиссии по землепользованию и застройке Санкт-Петербурга, Комиссии по землепользованию и застройке Красногвардейского района Санкт-Петербурга о признании публичных слушаний, проведенных 01.09.2009 года в бизнес-центре гостиницы "Карелия" не состоявшимися и обязании провести публичные слушания повторно, отказал истице в удовлетворении ее исковых требований.
В обоснование отказа суд первой инстанции указал, что:
1. Действующее законодательство не содержит требований к регламенту проведения публичных слушаний;
2. Решение об изменении регламента было принято в связи с начавшимися в зале беспорядками, данный факт был доведен до сведения участников публичных слушаний;
3. В соответствии с данными протокола публичных слушаний, Истица имела возможность задать вопрос докладчикам;
4. В течение четырех дней с момента проведения публичных слушаний, истица имела возможность подать свои письменные замечания и аргументированные предложения в протокол публичных слушаний;
5. Доводы Истца о начавшихся в период проведения слушаний беспорядках не могут быть приняты во внимание в связи с тем, что беспорядки были инициированы участниками публичных слушаний;
6. Указанные беспорядки не носили массового характера, поскольку присутствующие в зале представители органов правопорядка не посчитали необходимым вмешаться и прекратить их;
7. Публичные слушания не порождают для Истца прав и обязанностей, не нарушают ее прав и свобод, не влекут позитивных или негативных последствия, а являются лишь способом информирования Истца о готовящемся градостроительном решении;
8. Признание публичных слушаний несостоявшимися повлечет нарушение прав других граждан, принявших участие в публичных слушаниях и выразивших свое мнение;
9. Не представлено доказательств фальсификации стенографического отчета, предоставленного ответчиком;
10. Обязанность представлять на экспозицию трехмерную модель действующим законодательством не предусмотрена, модель представлена на экспозицию с целью облегчения восприятия объекта планируемого строительства;
11. Действующее законодательство не содержит ограничений по дате проведения публичных слушаний.
Посчитав данное решение суда незаконным и необоснованным, Истица обратилась в судебную коллегию по гражданским делам Санкт-Петербургского (далее – СПб) городского суда с Кассационной жалобой. Рассмотрев в судебном заседании Кассационную жалобу, СПб городской суд вынес Определение об оставлении решения Красногвардейского районного суда СПб от 11 ноября 2009 года без изменения, поданную кассационную жалобу без удовлетворения (далее – Определение).
Истица считает данное Определение суда незаконным и необоснованным, вынесенным при рассмотрении исключительно доказательств, предоставленных Ответчиком, зачастую заведомо ложных.
В процессе судебного заседания в Суде первой инстанции Истцом было заявлено 13 ходатайств о приобщении доказательств, об оказании содействия в их получении, а также о назначении фоноскопической экспертизы. Все заявленные доказательства имели прямое отношение к сути рассматриваемого спора, самостоятельное получение этих доказательств без нарушения норм действующего законодательства для Истца было невозможно, однако в удовлетворении 8 из них Истцу было отказано. Одно из ходатайств (о запросе у ЗАО "ОДЦ "Охта" Технико-экономического обоснования необходимости отклонения от предельных параметров) Суд удовлетворил, однако Ответчик (ЗАО "ОДЦ "Охта") все же не счел обязательным для себя указание суда и предписание о предоставлении ТЭО проигнорировал.
Несмотря на то, что удовлетворение ходатайства о необходимости приобщения доказательства судом является прямым свидетельством его относимости и допустимости, Суд не настаивал на предоставлении ТЭО и равнодушно отнесся к игнорированию Ответчиком его предписаний.
Таким образом, из 13 заявленных ходатайств, позволявших в полной мере подтвердить позицию Истца, Судом в итоге было отклонено 9, объяснений отказа Суд не давал, в связи с чем, единственным возможным обоснованием Истица сочла необъективность суда при рассмотрении спора. На приведенные обстоятельства, свидетельствующие о нарушении принципа равноправия при рассмотрении судебного дела, Истцом многократно указывалось в кассационной инстанции, однако Судом заявления Истца были проигнорированы.

Помимо изложенного, при рассмотрении Кассационной жалобы, СПб городской суд допустил существенные нарушения норм материального и процессуального права, повлиявшие на исход дела, а именно:

1. По результатам рассмотрения дела, Суд установил: «1 сентября 2009 года в бизнес-центре гостиницы «Карелия» были проведены публичные слушания, организацию которых осуществлял полномочный орган Комиссия по землепользованию и застройке СПб по вопросу предоставления разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства на территории предлагаемого строительства Общественного делового центра «Охта».
В соответствии со ст.2 Закона СПб от 20 июля 2006 г. N 400-61 "О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге" органом, уполномоченным осуществлять организацию и проведение публичных слушаний в отношении проектов документов градостроительного зонирования и документации, необходимой для принятия решений по вопросам предоставления специальных разрешений является Комиссия по землепользованию и застройке СПб.
В процессе рассмотрения гражданского дела выяснилось, что публичные слушания в действительности проводились Комиссией по землепользованию и застройке Красногвардейского района СПб.
Помимо того, что это содержится в самом Решении Красногвардейского районного суда СПб от 11 ноября 2009 года, на это так же прямо указывали Ответчики в судебном заседании (т.3, л.д. 52-53). Тем не менее, Судом при принятии Определения указанный факт был упущен из виду.
Данное обстоятельство свидетельствует о вопиющем нарушении Судом своей обязанности по исследованию материалов дела. В данном случае обстоятельства, которые суд положил в обоснование своей позиции, противоречат показаниям сторон, документам, имеющимся в деле, решению Суда первой инстанции и вовсе не на чем не основаны.

2. Суд определил: «Разрешая заявленный спор, суд с учетом обстоятельств проведения общественных слушаний и в соответствии с требованиями ст. 39, 40 Градостроительного кодекса РФ, п. 2.1 Положения о порядке взаимодействия исполнительных органов государственной власти Санкт-Петербурга, утвержденным Постановлением Правительства Санкт-Петербурга № 684 от 23.06.09 года, ст. 7 Закона Санкт-Петербурга от 20.07.2006г. № 400-61 "О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге" пришел к выводу об отсутствии оснований для признания общественных слушаний не состоявшими».
Суд определил, что слушания были проведены в соответствии с положениями Градостроительного кодекса (Гр.К.РФ – далее), в частности со ст. 39, в то время как в судебном заседании Истец указывал на проведение слушаний ненадлежащим лицом.
Учитывая презумпцию знания Судом закона, Истец полагал, что факт проведения слушаний с нарушением установленного законодательно принципа решения вопросов местного значения на местах, будет оценен Судом и положен в основу Определения, однако же, несмотря на указание Истца, Суд, при рассмотрении спора, упустил из виду следующее обстоятельство:
В соответствии со ст. 130 Конституции РФ:
1. Местное самоуправление в Российской Федерации обеспечивает самостоятельное решение населением вопросов местного значения, владение, пользование и распоряжение муниципальной собственностью.
2. Местное самоуправление осуществляется гражданами путем референдума, выборов, других форм прямого волеизъявления, через выборные и другие органы местного самоуправления.
В соответствии с ч. 1 ст. 131, ст. 133 Конституции РФ:
1. Местное самоуправление осуществляется в городских, сельских поселениях и на других территориях с учетом исторических и иных местных традиций. Структура органов местного самоуправления определяется населением самостоятельно.
Местное самоуправление в Российской Федерации гарантируется правом на судебную защиту, на компенсацию дополнительных расходов, возникших в результате решений, принятых органами государственной власти, запретом на ограничение прав местного самоуправления, установленных Конституцией Российской Федерации и федеральными законами.
Согласно ч. 3, 4, ст. 40 Гр.К.РФ: Порядок организации и проведения публичных слушаний определяется уставом муниципального образования и (или) нормативными правовыми актами представительного органа муниципального образования с учетом положений настоящей статьи.
В соответствии с ч.ч. 2,3 ст. 39 Гр.К.РФ:
2. Вопрос о предоставлении разрешения на условно разрешенный вид использования подлежит обсуждению на публичных слушаниях. Порядок организации и проведения публичных слушаний определяется уставом муниципального образования и (или) нормативными правовыми актами представительного органа муниципального образования с учетом положений настоящей статьи.
3. В целях соблюдения права человека на благоприятные условия жизнедеятельности, прав и законных интересов правообладателей земельных участков и объектов капитального строительства публичные слушания по вопросу предоставления разрешения на условно разрешенный вид использования проводятся с участием граждан, проживающих в пределах территориальной зоны, в границах которой расположен земельный участок или объект капитального строительства, применительно к которым запрашивается разрешение. В случае, если условно разрешенный вид использования земельного участка или объекта капитального строительства может оказать негативное воздействие на окружающую среду, публичные слушания проводятся с участием правообладателей земельных участков и объектов капитального строительства, подверженных риску такого негативного воздействия.
Из приведённых норм следует, что федеральное законодательство относит вопрос о проведении публичных слушаний по предмету отклонения от предельных параметров разрешённого строительства к числу вопросов местного значения и к полномочиям органов местного самоуправления.
Согласно ст. 63 Гр.К.РФ: В случае, если законами субъектов Российской Федерации - городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга полномочия в области градостроительной деятельности не отнесены к перечню вопросов местного значения, определенному законами указанных субъектов Российской Федерации в соответствии со статьей 79 Федерального закона от 6 октября 2003 года N 131-ФЗ "Об общих принципах организации местного самоуправления в Российской Федерации", полномочия, установленные частью 3 статьи 8 настоящего Кодекса, осуществляются органами государственной власти субъектов Российской Федерации - городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга.
В соответствии с ч. 3, ст. 8 Гр.К.РФ
3. К полномочиям органов местного самоуправления городских округов в области градостроительной деятельности относятся:
1) подготовка и утверждение документов территориального планирования городских округов;
2) утверждение местных нормативов градостроительного проектирования городских округов;
3) утверждение правил землепользования и застройки городских округов;
4) утверждение подготовленной на основе документов территориального планирования городских округов документации по планировке территории, за исключением случаев, предусмотренных настоящим Кодексом;
5) выдача разрешений на строительство, разрешений на ввод объектов в эксплуатацию при осуществлении строительства, реконструкции, капитального ремонта объектов капитального строительства, расположенных на территориях городских округов;
6) ведение информационных систем обеспечения градостроительной деятельности, осуществляемой на территориях городских округов;
7) принятие решений о развитии застроенных территорий.
(п. 7 введен Федеральным законом от 18.12.2006 N 232-ФЗ)
Системный анализ указанных норм позволяет сделать вывод, что проведение публичных слушаний не может быть отнесено к предмету полномочий органов исполнительной власти, так как перечень полномочий органов местного самоуправления городских округов, указанный в ч. 3, ст. 8 Гр.К.РФ, является исчерпывающим, а потому они делегируются органам исполнительной власти СПб в объёме, предусмотренном ч. 3, ст. 8 Гр.К.РФ, и в порядке, предусмотренном ст. ч.3, п. 3, ст. 39 ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ». В перечень полномочий органов местного самоуправления в области градостроительной деятельности, содержащийся в ч. 3, ст. 8 Гр.К.РФ не включено право на проведение публичных слушаний, который прямо относится к вопросам местного значения и не делегируется органам исполнительной власти субъекта РФ.
Согласно ч.2, п. 3, ст. 39 ФЗ «Об общих принципах организации местного самоуправления в РФ», организация местного самоуправления в городах федерального значения осуществляется с особенностями, установленными законом. В частности: «Предусмотренные федеральными законами полномочия органов местного самоуправления по решению вопросов местного значения осуществляются органами местного самоуправления внутригородских муниципальных образований городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга в том случае, если соответствующие вопросы определены как вопросы местного значения законами субъектов Российской Федерации - городов федерального значения Москвы и Санкт-Петербурга. (абзац введен Федеральным законом от 31.12.2005 N 199-ФЗ»)
В соответствии со ст. 10 Закона СПб от 23.09.2009 N 420-79 "Об организации местного самоуправления в Санкт-Петербурге"(принят ЗС СПб 23.09.2009):
1. К вопросам местного значения муниципальных образований муниципальных округов относятся:
1) принятие устава муниципального образования и внесение в него изменений и дополнений, издание муниципальных правовых актов.
Таким образом, положения ст. 39, 40 Гр.К.РФ, являющиеся отсылочными по своей правовой природе, свидетельствуют о том, что порядок организации и проведения публичных слушаний определяется уставом соответствующего муниципального образования, и отнесены к вопросам местного значения.
Суд пришёл к выводу о законности проведения публичных слушаний государственным органом, однако такой вывод грубо противоречит нормам Конституции РФ, гарантирующей каждому право на местное самоуправление.
Таким образом, при вынесении Определения, Судом было допущено неправильное толкование ст.ст. 39, 40 Градостроительного Кодекса РФ.
Кроме того, в соответствии с п.5 ст. 11 ГПК РФ, 2. Суд, установив при разрешении гражданского дела, что нормативный правовой акт не соответствует нормативному правовому акту, имеющему большую юридическую силу, применяет нормы акта, имеющего наибольшую юридическую силу.
Следовательно, при вынесении Определения по гражданскому делу №2-4104/2009 Суду следовало руководствоваться положениями Конституции РФ и Гр.К.РФ, которые относят вопросы, связанные с организацией и проведением публичных слушаний к компетенции муниципального образования.

3. Суд определил, что «При этом судом правомерно учтено, что требований к регламенту проведения публичных слушаний законодательство не содержит, регламент был разработан комиссией по землепользованию и застройке Красногвардейского района Санкт-Петербурга для удобства граждан при проведении общественный слушаний и с целью поддержания порядка при проведении общественного обсуждения. Изменение регламента организаторами проведения публичных слушаний имело место без нарушения действующего законодательства. Беспорядки, имевшие место при проведении публичных слушаний, не препятствовали их проведению, не повлекли их прекращения. Слушания были проведены, и по их результатам был составлен протокол».
В первую очередь следует заметить, что при определении указанных обстоятельств Суд кассационной инстанции, поддерживая позицию Красногвардейского районного Суда, изложенную в Решении по делу №2-4104/2009, самопроизвольно устранился от исследования обстоятельств, изложенных в Кассационной жалобе. Суд никаким образом не оценил доводы Истца, что в итоге привело к одностороннему исследованию материалов дела в ущерб правам и законным интересам Истца, в угоду интересам Ответчика.
В Кассационной жалобе Истец указывал, что, несмотря на то, что действующее законодательство не предъявляет каких-либо требований к регламенту проведения публичных слушаний, порядок их проведения напрямую связан с нормами, закрепленными в ч. 1 ст. 3 и ч. 3 ст. 7 Закона СПб от 20 июля 2006 года №400-61 «О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в СПб» №400-61 от 20 июля 2006 года (далее по тексту – «Закон №400-61»), ч. 4 ст. 40 Гр.К.РФ. Согласно названным статьям публичные слушания являются обязательной процедурой при решении вопроса о предоставлении разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства и проводятся в целях учета интересов физических и юридических лиц при осуществлении градостроительной деятельности, соблюдения прав человека на благоприятные окружающую среду и условия жизнедеятельности.
Содержание процедуры публичных слушаний подробно отражено в ст.ст. 6-8 Закона №400-61. Суть публичных слушаний заключается именно в обсуждении документации (материалов, представленных для обсуждения), то есть публичные слушания не должны в принципе ограничиваться выступлениями организаторов их проведения и лиц, высказывающихся исключительно за принятие положительного решения по результатам слушаний. Лицам, которые придерживаются мнения о невозможности предоставления разрешений на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства, то есть «специальных разрешений» не только должна быть предоставлена возможность задать вопросы организаторам публичных слушаний и приглашенным ими докладчикам, но и возможность публично высказать свое мнение, то есть довести его до сведения других участников слушаний с тем, чтобы мнение других участников могло сформироваться с учетом вновь полученной информации (именно такую процедуру можно назвать «обсуждением», а не просто «информированием»).
Таким образом, обусловленное ограничениями по времени, некомфортной психологической обстановкой и т.п. нарушение прав участников публичных слушаний задавать вопросы организаторам и в присутствии других участников получать на них мотивированные и обоснованные ответы, получать в комплекте документации, направляемой на публичные слушания, полную и достоверную информацию по предмету публичных слушаний, публично в ходе самих слушаний доводить свое мнение до организаторов проведения слушаний и до других участников, влечет за собой признание публичных слушаний несостоявшимися и требует их повторного проведения. Например, нельзя признать проведенными без нарушения закона и «состоявшимися» публичные слушания, в ходе которых было нарушено право хотя бы одного участника на получение публичного ответа на свой вопрос, даже если мнение этого участника находится в меньшинстве, поскольку ответ на такой вопрос мог содержать информацию, которая сформировала или даже изменила бы на противоположное мнение других участников.
В обжалуемом Определении Суд указал, что Регламент был разработан для удобства граждан лишь с целью поддержания порядка при проведении общественного обсуждения. Однако основной целью такого Регламента является достижение основной задачи проведения публичных слушаний – получение объективных сведений о волеизъявлении лиц, права и интересы которых могут быть затронуты потенциальным решением: регламент проведения публичных слушаний, хотя он и не регламентируется действующим законодательством, должен быть проработан таким образом, чтобы с учетом особенностей того или иного вопроса, выносимого на публичные слушания, соблюсти в полном объеме права всех без исключения участников публичных слушаний на участие в обсуждении представленной документации.
Иными словами, в данном случае, не следует рассматривать Регламент в узком смысле – то есть, как не установленный законодательно, а, следовательно, не обязательный документ, как это сделал Суд. Регламент, нарушение которого неприемлемо, является обязательной организационной работой наравне с арендой помещения, информированием о времени и месте проведения слушаний и прочее. Регламент в широком смысле, в котором его понимает Истец, представляет собой гарантию соблюдения основной задачи публичных слушаний – продуктивного диалога между участниками слушаний и заинтересованным лицом, т.е. информирования, заслушивания мнений и ответов на вопросы.
В любом случае, независимо от оценки значимости Регламента Судом (пусть даже в узком смысле, как необязательного и не предусмотренного законодательно документа), его значение очевидно из предоставленного в судебное заседание стороной Ответчика Заключения о результатах проведения публичных слушаний по вопросу предоставления разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства, реконструкции объектов капитального строительства, где на 88 странице прямо указано, что вывод Комиссии по землепользованию и застройке Красногвардейского района СПб о том, что следует «Публичные слушания по вопросу предоставления разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства, на земельном участке по адресу: Красногвардейская пл., д.2, лит.К, кад.№78:11:6001А:34 признать состоявшимися», основан в первую очередь на том, что «… регламент публичных слушаний был выдержан без срывов и нарушений».
В такой ситуации говорить о незначительности и несущественности нарушения Регламента неверно хотя бы ввиду того, что в материалах дела находится прямое доказательство, что на основании, в том числе, информации о соблюдении этого самого Регламента принято решение о предоставлении рекомендаций в государственный орган.
Касательно вывода Суда о том, что «Беспорядки, имевшие место при проведении публичных слушаний, не препятствовали их проведению, не повлекли их прекращения» следует заметить, что действующее законодательство не содержит каких-либо конкретных основании, однозначно приводящих к прекращению публичных слушаний. Этот вопрос решается самими организаторами слушаний исходя из их добропорядочности, заинтересованности в признании слушаний состоявшимися или же срыве слушаний и законопослушности. Ввиду того, что организаторы публичных слушаний в рамках данного гражданского дела выступали в качестве Ответчиков, то есть сомнения в правомерности их действий само по себе послужило основанием для подачи Искового заявления, подкрепление Судом вынесенного Определения ни на чем не основанном предположением о добропорядочности Ответчиков, может рассматриваться лишь как нарушение принципа состязательности и равноправия сторон в процессе.

4. Суд посчитал, что «Не нашли подтверждения доводы истицы о недостоверности информации, о готовящемся строительстве. Участникам публичных слушаний была представлены документация, для удобства восприятия, образного представления - трехмерная модель планируемого объекта строительства. Представленная участникам публичных слушаний документация согласована уполномоченным государственным органом, слушания состоялись по тому предмету, в связи с которым назначались».
Указанный вывод Суда позволяет заключить, что при принятии Определения, Суд даже бегло не ознакомился с обстоятельствами, изложенными в Кассационной жалобе Истца, в то время как Истец указывал на конкретные факты, свидетельствующие о недостоверности предоставленной информации.
Так называемая трехмерная базовая модель местности была указана как обоснование Заявления на отклонение для оценки видимости здания высотой 403 м на фоне городской застройки сразу по двум пунктам – 4 и 5. Разработчиком модели является ООО «ИТР». Истица неоднократно заявляла в районном суде и кассационной инстанции о необходимости лицензий на создание трехмерной модели. Анализ представленных в суд документов показал, что лицензий на деятельность по созданию трехмерной модели у ООО «ИТР» нет (т. 2, л.д. 205-220, т. 3. л.д. 1-22). Суды проигнорировали ее слова. Однако, как следует из письма, подписанного 16.02.10 руководителем Северо-западного окружного управления геодезии и картографии Федеральной службы гос. регистрации, кадастра и картографии Н.Г. Пономаренко, в адрес депутата ЗакС СПБ А.А. Ковалева: «ООО «Институт территориального развития» лицензии на геодезическую и картографическую деятельность не имеет, и работы по созданию трехмерной базовой модели местности на территорию СПБ в управлении не регистрировали».
Представитель ООО «ИТР» признал в суде, что модель выполнена без учета ГОСТ, вопреки требованиям ГОСТ анализ входных данных не проводился. В довершение, представитель ОДЦ заявил суду, что модель просто «художественное произведение» (т. 3. л.д. 107-108). Согласно ответу руководителя Северо-Западного окружного Управления геодезии и картографии Н.Г. Пономаренко, «трехмерная базовая модель местности является географической информационной системой специального назначения». Следовательно, она должна соответствовать требованиям нормативных документов (ГОСТ РФ 34. и РД 50-34). Т.о., «трехмерная базовая модель местности» по закону таковой не является, и никакой оценки видимости на основе несуществующей модели проведено быть не может, т.е. юридического обоснования для Заявления на отклонение у ОДЦ «Охта» не существует.
По мнению суда, «доводы истца о том, что представленная на экспозиции трехмерная модель выполнена ООО «ИТР» с нарушением действующего законодательства, в связи с чем невозможно было оценить правильность ее выполнения, не могут служить основанием для признания публичных слушаний не состоявшимися, поскольку обязанность представлять на экспозиции трехмерную модель планируемого объекта строительства действующим законодательством не предусмотрена» (Решение, л. 9).
Позиция суда противоречит п. 8 ст. 8 Приложения 3 Закона СПБ № 29-10 "О Правилах землепользования и застройки СПБ" от 16.02.09, где определено, что архитектурное решение локального увеличения предельной высоты зданий должно быть согласовано в установленном порядке. В качестве обоснования к проекту должны быть приложены результаты оценки видимости планируемого здания с учетом запрашиваемых отклонений от предельных параметров на фоне охраняемых панорам (макроуровень) и на фоне окружающей застройки (микроуровень), осуществленной в соответствии с требованиями законодательства в сфере охраны объектов культурного наследия.
Принцип презумпции знания судьями закона обязывает их знать о требованиях по соблюдению стандартов (ГОСТ) и получению лицензии на некоторые виды деятельности. Отсутствие последних - нарушение закона, и судьи в силу требований ст. 226 ГПК РФ обязаны вынести об этом частное определение. Несоблюдение судьями законодательства имеет отягчающий характер и приводит к укрывательству правонарушений. Также, не доверяя истице, судьи обязаны были запросить наличие или отсутствие лицензий в вышеупомянутом учреждении, которое Истица в суде называла неоднократно. Но вследствие бездействия судов обеих инстанций обращаться с такой просьбой к депутату ЗакС СПб в целях установления истины по делу пришлось Истице.
Отчет «Оценка видимости планируемого объекта нового строительства «ОДЦ «Охта» (т. 2 л.д. 40-67) был представлен для исследования кандидату технических наук, заместителю генерального директора ЗАО «ЭВРИКА» М.В. Шиленкову, стаж работы в области картографии 16 лет. Из Заключения от 30.10.09 следует, что представленный на исследование Отчет является необъективным и недостоверным и не может быть использован в указанных в нем целях. Специалист указывает, что основанием для создания недостоверного отчета послужило низкое качество используемой трехмерной (3D) модели, недостаточная квалификация специалистов и отсутствие практических навыков. Данное заключение приобщено судом к материалам дела № 2-4104/09 (т. 2. л.д. 35-39, л.д. 149), однако изложенные в нем выводы обоими судами проигнорированы.
Вопреки утверждению Суда, Андронова О.О. указывала (в частности, Т.3, л.д.23-24) на многочисленные факты предоставления ответчиками недостоверной информации о предстоящем строительстве. Так, в представленном ответчиками Стенографическом отчете указывается, что Лучин П.А., якобы, сказал: «подземная автостоянка на 3037 машино-мест» (т. 1, л.д. 62, страница 13 Стенографического отчета). В действительности, согласно предоставленной ответчиками же аудиозаписи от 01.09.09, Лучин П.А. заявил только о 2027 парковочных местах. В то же время в отсутствовавшем на экспозиции и непосредственно на публичных слушаниях ТЭО, переданном члену КЗиЗ СПБ Малкову С.А., в составе заявки на отклонение (Приложение11. Том 3. Обосновывающая часть проекта планировки территории. Транспортное обслуживание населения. Том 3.2. 13863.), указано, что на основании расчетных показателей на пассажирские передвижения, связанные с работой комплекса «Охта-центр» (суточные и часовые пиковые), а также пропускной способности всех элементов комплексного транспортного узла с учетом его реконструкции по принятому проектом планировки варианту его планировочного решения, приняты следующие показатели вместимости паркингов на территории комплекса: в зоне 1 – 3000 машино-мест; в зоне 2 – 1000 машино-мест, в зоне 3 – 4000 машино-мест, а всего суммарная вместимость - 8000 машино-мест».
Таким образом, участников слушаний намеренно ввели в заблуждение относительно важнейшей экологической информации - количества машиномест на парковках, нарушая тем самым права граждан на достоверную информацию о состоянии окружающей среды.
Сообщая о строительстве новых транспортных развязок (т.1, л.д. 63, страница 14 Стенографического отчета), г-н Лучин П.А. умолчал, что ОАО ОДЦ «Охта» потребовало осуществления бюджетных расходов на 140 млрд. рублей для исправления транспортных проблем, которые создаст постройка высотного здания ОДЦ «Охта».
В удаленной из Стенографического отчета части доклада Лучина П.А. содержались утверждения, имеющие существенное значение для принятия решения населением о поддержке или отказе от поддержки проекта строительства высотного здания, а именно:
- об объеме заявленного строительства «порядка миллиона трехсот тысяч кубометров застройки». Данные сведения имеют решающее значение, так как позволяют показать путем простого арифметического расчета, что при имеющейся площади застройки не требуется возводить высотное здание – вполне достаточно для целей ОАО ОДЦ «Охта» здания высотой в 37 метров;
- о неблагоприятных условиях земельного участка;
- о невозможности соблюдения требований комплексной безопасности и антитеррористической защищенности;
- о невозможности экономической целесообразности освоения земельного участка.
Технико-экономическое обоснование (ТЭО), будучи элементом заявки на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства (Приложение №11 – Т.2 л.д.68-94) в действительности таковым не является и, по мнению истицы, имеет единственную цель – ввести членов КЗиЗ, участников публичных слушаний, Правительство СПб и губернатора СПб в заблуждение. При этом Приложение № 11, представленное на экспозиции и на самих публичных слушаниях, существенным образом отличается от ТЭО, предоставленного членам городской КЗиЗ, что подтвердил в судебном заседании свидетель Малков (Т.2, л.д.141).
На стр.2 Приложения №11 исследуются две зоны из трех, входящих в проект строительства здания ОДЦ «Охта». При этом одной из основных причин для предоставления разрешения на отклонение от высотного норматива называется экономическая нецелесообразность освоения участков при регламентированной высотности зданий. Таким образом, непонятно, как можно было сделать вывод об экономической нецелесообразности проекта в целом, если анализ проведен не для всех его составляющих.
На стр. 4-11 Приложения №11 указывается, что в затраты на строительство инвестор включает затраты «на приобретение и аренду земельных участков, расположенных на них объектов недвижимости, проведение земельных работ по разборке зданий, строений, вывоза строительного мусора, инженерная подготовка территории, проведение <…> археологических раскопок на всей территории земельного участка и за ее пределами, вынос инженерных коммуникаций, создание новых инженерных и транспортной структур, строительство ТЭЦ, прокладка новых инженерных сетей, реконструкция транспортных развязок, устройство новых дорог, тоннелей мостов». Однако, согласно приведенным в Приложении (стр. 4, 6-11) данным и формулам, затраты на такие из перечисленных пунктов, как «строительство ТЭЦ, прокладка новых инженерных сетей, реконструкция транспортных развязок, устройство новых дорог, тоннелей мостов», в расчет не включены. Таким образом, либо расчетные затраты изначально и преднамеренно значительно занижены, либо проведение таких видов работ проектом не предусмотрено и слушатели на публичных слушаниях были введены в заблуждение.
На стр. 6 Приложения № 11 предусмотренный при определении стоимости строительства высотного здания на начало строительства индекс инфляции составляет 1,07, на конец – 1,339. Таким образом, инфляция за 3 года составляет 25%, или около 7,8% за год. Для сравнения – только в 2008 году инфляция в Санкт-Петербурге составила 21% (согласно сообщениям ПетербургКомСтата). Таким образом, условия расчета являются не соответствующими действительности, следовательно, расчет ошибочен.
На стр. 6 Приложения № 11 указана дата начала строительства – 01.13.2008. Известно, что строительство не началось по настоящий момент. Таким образом, предоставленные данные, очевидно, являются устаревшими, следовательно, не соответствующими действительности, и требуют пересмотра.
Аналогичные «опечатки» содержатся также в формулах расчета стоимости строительства. Например: на листе 7 Приложения приведена формула с грубой ошибкой – стоимость строительства : Сстр.= (9 х 131 790 х 1458) + 1458 (131 790 х 1,024) + [ 1458(13790 х 1,024 ] х 1,024 =……. = 22 120 056 тыс.руб. В то время как в формуле после знака «+» стоит число 13790, по смыслу формулы должно бы стоять число 131 790. Понять, опечатка это или серьезная ошибка в вычислениях, приводящая к необоснованному занижению стоимости строительства, трудно.
На стр. 7 Приложения № 11 в пункте 5 представлена формула для расчета стоимости строительства. При подстановке указанных исходных данных в указанную формулу результирующее число составляет 25 974 343 тыс. руб. (при расчете число этажей принималось = 67, получено путем деления общей площади строительства высотного здания на указанную площадь одного этажа, поскольку в расчетах площадь каждого этажа принята одинаковой). В Приложении № 11 указана стоимость – 22 120 056 тыс. руб., т.е. почти 4 миллиарда рублей «пропали» при расчете, либо использованная формула указана неправильно. Если же исходить из числа этажей 80, о чем говорилось на публичных слушаниях («мы строим всего 80 этажей», метка 1.49.24 аудиозаписи, предоставленной ОДЦ «Охта»), то стоимость строительства равна 37 690 606 тыс. руб. То есть «размах» так называемых подсчетов ОДЦ составляет от 22 до 37 млрд., они отличаются в 1,7 раза.
На стр. 6 и 7 Приложения № 11 в пунктах 4-5 представлена формула для расчета стоимости строительства повышенной этажности. При этом используется некий повышающий коэффициент для каждого этажа после девятого. Заявленное в расчетах число этажей (67), то есть оно более чем в 7 раз, превосходит базовое значение (9). При таком соотношении очевиден переход количества в качество: применение качественно иных технологий, «эффект масштаба» и так далее. Таким образом, проделанный расчет противоречит здравому смыслу. Необходимо провести качественный анализ зависимости стоимость строительства этажа высотного здания от номера этажа в диапазоне, заявленном в проекте высотного здания ОДЦ «Охта».
На стр. 15, 17 Приложения № 11 динамика изменения арендной ставки исследуется только с 1998 по 2006 гг. Ставки за 2007, 2008 и частично за 2009 год остаются неохваченными составителями ТЭО. Значительность подобного упущения подчеркивает тот факт, что в 2008 году произошел мировой финансовый кризис, сильно отразившийся и на рынке аренды в том числе. Так, «текущая ставка аренды», используемая при прогнозировании равна 1173 долл./ кв. м в год (сглаженное значение – 997) и далее, согласно приведенным графиком, запланирован повышательный тренд. Однако, согласно данным сайта Арендатор.ру, среднее значение предлагаемой в начале ноября ставки аренды по Питеру за офисные помещения класса «А» в грубом приближении составляет около 403 долл./ кв.м в год. Максимальные арендные ставки (площади в реконструированных особняках в центре города, офисы на Невском проспекте, на Морской набережной) находятся в диапазоне 600-650 долл./ кв. м в год. Таким образом, расчеты неверны и нуждаются в тщательной переработке.
На стр. 15, 16, 22 Приложения № 11указывается, что период, за который изучалась арендная ставка, составляет 9 лет (с 1998 по 2006 гг.). Период, на который делается экстраполяция при прогнозировании арендной ставки, составляет 24 года (с 2007 по 2035 гг.), то есть, почти в три раза больше. Статистической наукой не рекомендуются экстраполяция на сроки, превышающие по величине период, за который представлены и изучены фактические данные, служащие базой анализа. Причиной этого является наличие погрешности и ее накопление на длительных промежутках. Таким образом, прогноз сделан статистически неграмотно, данные недостоверны.
На стр. 15, 22 Приложения № 11 анализируемые ставки аренды указываются в долларах, прогнозируемые – в рублях. Ссылки на курс доллара и способ его учета при прогнозировании не дано. Таким образом, крайне затруднительно даже оценить правильность и достоверность этих расчетов.
На стр. 15, 22 Приложения речь идет об арендных ставках. В ходе публичных слушаний В.Г. Гронский заявил, что «…когда этот самый современный бизнес-центр войдет в строй, тогда арендная плата бизнес-центров города, уверяю вас, подешевеет. И вот как раз противники проекта заинтересованы в том, чтобы не строить…рынок этот обрушиться». Из приведенной формулы для экстраполяции (стр. 15 Приложения № 11, на графике), можно рассчитать, что в 2008 году ставка, по прогнозу, должна была быть около 1120 долл./ кв. м в год, или 32,5 тыс. руб./ кв. м в год по курсу 29 руб./долл. (в 2008 году он был значительно ниже). Однако в таблице на стр. 22 Презентации наименьшая из предложенных ставок – 44,5 тыс. руб., то есть, почти в 1,5 раза выше расчетного значения. Очевидно, использовался повышательный коэффициент, но его наличие нигде не указано, не обосновано, не подтверждено расчетом. То есть, нигде не говорится, что, фактически, арендные ставки ОДЦ «Охта» будут выше среднегородских. Более того, с учетом вышеизложенного, непонятно, почему рынок аренды должен «обрушиться» в случае ввода в эксплуатацию комплекса с априори значительно завышенными арендными ставками. Ведь падение цен на рынке в случае превышения предложения над спросом обусловлено тем, что продавцы вынуждены сбивать цену для привлечения клиентов в условиях насыщенности рынка. Однако, тому, что рынок насыщен, противоречит тот факт, что ввод новых площадей класса «А» не останавливал ежегодный рост цен до кризиса. Кроме того, сам расчет завышенных ставок свидетельствует об уверенности инвестора, что и в таких условиях площади останутся востребованными. То есть, предпосылки для падения цен на аренду отсутствуют. Имеются предпосылки для их роста – в своих презентациях ОАО «ОДЦ «Охта» неоднократно заявляли, что недвижимость в районе дорожает вследствие одних только заявленных намерений строительства общественно-делового центра (например, презентации 2007 года, метка 02.01.54 аудиозаписи, предоставленной ОДЦ «Охта»).
Также Истец обращал внимание Суда на то, что согласно ч. III ст. 128 Постановления Правительства РФ от 22 сентября 1999 г. №1084 «Об утверждении Федеральных правил использования воздушного пространства Российской Федерации (с изменениями от 14 декабря 2006 г.), еще до начала планирования застройщики, желающие построить здание высотой выше 50 м в зоне до 30 км от аэропортов, обязаны получать согласие от руководства аэропортов, а за пределами этой зоны – от руководства ВВС и ПВО МО РФ. Обязательность исполнения этих требований подтверждается ответом из Главного Оперативного Управления Генштаба МО РФ от 29 октября 2008 г. за №31211/1361, подписанным генерал-лейтенантом В.Запаренко, на что обращала внимание в судебном заседании Андронова О.О. В числе представленной на публичные слушания документации вышеперечисленные согласования отсутствовали.
Несостоятельность информирования обусловлена желанием ответчиков ввести участников слушаний в заблуждение относительно факторов, перечисленных в ст. 40 ГсК РФ. При таких обстоятельствах уместно заявить не об информирования населения, а о намеренной дезинформации и нарушении требований ст. 3, 7 Закона № 400-61 и ч. 4 ст. 40 ГсК РФ.
Согласно ч. 2 ст. 3 Закона № 400-61 информирование населения производится в целях обеспечения права граждан на получение достоверной информации. Следовательно, предоставление организаторами слушаний недостоверной информации нарушает право неопределенного круга лиц. Это нарушение ст. 24, 42 Конституции РФ, что, безусловно, затрагивает и мои права. Согласно ст. 40 ГсК РФ слушания являются обязательным элементом в процедуре получения разрешения на превышение высотного регламента. Без их проведения получение разрешения невозможно. Совершенно очевидно, что имитация законности слушаний обеспечила получение руководством ОДЦ не основанного на законе разрешения Правительства СПБ на превышение высотного регламента.
Таким образом, организаторы публичных слушаний, предоставляя недостоверную информацию о строительства, намеренно вводили в заблуждение участников публичных слушаний. Указанный вывод можно сделать на основании исследования имеющихся в деле материалов, в частности, Приложения №11. В связи с этим повторяя вывод Суда первой инстанции, СПб городской суд посчитал излишним обратиться к материалам дела, выслушать мнения Истца и ознакомиться с Кассационной жалобой, содержащей более чем достаточные основания для пересмотра утверждения Красногвардейского районного суда о непредставлении Истцом доказательств недостоверности информации о готовящемся строительстве.

Помимо изложенного, Истцом для подтверждения собственной позиции, изложенной в Исковом заявлении и Кассационной жалобе, ввиду того, что Суд не посчитал нужным ознакомиться с мнениями специалистов по вопросам технической полноценности и состоятельности ТЭО, которую Истец оспаривал, был заказан ряд исследований у кандидата экономических наук - Аминовым В.И., , д.э.н., профессора кафедры Финансового менеджмента Сыктывкарского государственного университета Рожневой Л. С., кандидата экономических наук, профессора, заведующей кафедрой Финансового менеджмента Сыктывкарского государственного университета Бадокиной Е.А., которые в Заключении специалиста № 8 от 11 января 2010 года, Заключении от 08 февраля 2010 года, Заключении специалиста от 15.02.2010 года пришли к следующим выводам:
1. Приведенные в ТЭО данные содержат ряд арифметических и методологических ошибок;
2. Исходные допущения и привнесенные в расчеты ТЭО ошибки делают весь расчет бессмысленным;
3. Информация, представленная ОАО «Общественно-деловой центр «Охта», не может быть признана достоверной и полной для решения вопроса относительно экономической целесообразности строительства;
4. Реализация проекта без высотного строительства составит реальную экономию в 20 млрд. руб.;
5. Финансово-экономические результаты проекта крайне неудовлетворительные, так как доходность проекта ниже ставки рефинансирования Центрального Банка РФ. Его реализация в предложенном виде принесет убытки.
На наличие данных обстоятельств Истец указывал в судебных заседаниях первой и кассационной инстанции, ходатайствовал об исследовании ТЭО, однако они все же были проигнорированы Судом исключительно для указания в последствии, что доводы истицы о недостоверности информации о готовящемся строительстве не нашли подтверждения.
5. Дублируя вывод Суда первой инстанции, Суд указал, что «Препятствий для проведения общественных слушаний 01.09.2009г. не имелось».
В Кассационной жалобе, прося признать незаконным и необоснованным решение Красногвардейского районного суда, Истец призывал Суд обратить внимание, что вывод Суда первой инстанции, касательно доводов Андроновой О.О. о выборе даты 01.09.09 «организаторами с единственной целью лишить граждан права участвовать в обсуждении, в связи с отправлением детей в учебные заведения, не могут быть приняты судом во внимание, поскольку прав истца, который принял участие, в обсуждении, не нарушает и, кроме того, действующее законодательство каких-либо ограничений по дате проведения публичных слушаний не содержит (л.8 Решения)» полностью противоречит обстоятельствам дела, поскольку Истица и ее представители никогда не делали подобных заявлений и не ссылались в обоснование своих требований на указанное обстоятельство.
Истец подчеркивал, что Суд первой инстанции, с одной стороны, игнорируя ее доводы, оценивает в решении обстоятельства и доводы, которые не имели места в ходе судебного разбирательства. Несмотря на это, СПб городской суд повторно опроверг довод Истца в действительности не имевший места.
В сложившейся ситуации вызывает сомнение не только исследованность Судом материалов дела, в частности Кассационной жалобы, но и в принципе желание Суда рассмотреть по существу вопрос о законности вынесенного решения и подвести под свое Определение правовое основание.

6. В Определении указано, что «Судом правильно учтено, что публичные слушания непосредственно не порождают для истицы прав или обязанностей, являются способом информирования о готовящемся градостроительном решении, Андронова О.О. принимала участие в публичных слушаниях, при этом она и иные граждане реализовали свое право на информирование и участие в публичных слушаниях.
Судом обращено внимание на то, что признание публичных слушаний не состоявшимися приведет к нарушению прав других граждан, принявших участие в общественных обсуждениях и выразивших свое мнение по вопросу предоставления разрешения и на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства».
Во-первых, как указывалось в Кассационной жалобе, согласно ст.3 Закона №400-61 публичные слушания проводятся в целях учета интересов физических лиц… при осуществлении градостроительной деятельности, соблюдения прав человека на благоприятные окружающую среду и условия жизнедеятельности. Таким образом, по смыслу Закона №400-61, а также других норм действующего законодательства РФ, в частности, ст.ст.39, 40 Гр.К..РФ, публичные слушания имеют своей целью учет мнения граждан по вопросам, обсуждаемым на публичных слушаниях, и порождают как для граждан, принявших участие в таких публичных слушаниях, так и для других граждан, определенные правовые последствия, напрямую затрагивающие права и свободы граждан. Право гражданина на участие в публичных слушаниях напрямую связано с конституционными нормами и правами: РФ есть демократическое…государство (ст.1 Конституции РФ); Человек, его права и свободы являются высшей ценностью. Признание, соблюдение и защита прав и свобод человека и гражданина - обязанность государства (ст.2 Конституции РФ); Носителем суверенитета и единственным источником власти в РФ является ее многонациональный народ. Народ осуществляет свою власть непосредственно, а также через органы государственной власти и органы местного самоуправления (ст.3 Конституции РФ); РФ - социальное государство, политика которого направлена на создание условий, обеспечивающих достойную жизнь и свободное развитие человека (ст.7 Конституции РФ); Права и свободы человека и гражданина являются непосредственно действующими. Они определяют смысл, содержание и применение законов, деятельность законодательной и исполнительной власти, местного самоуправления и обеспечиваются правосудием (ст.18 Конституции РФ); Каждому гарантируется свобода мысли и слова. Каждый имеет право свободно искать, получать, передавать, производить и распространять информацию любым законным способом (ст.29 Конституции РФ); В РФ… поощряется деятельность, способствующая… экологическому и санитарно-эпидемиологическому благополучию. Сокрытие должностными лицами фактов и обстоятельств, создающих угрозу для жизни и здоровья людей, влечет за собой ответственность в соответствии с федеральным законом (ст.41 Конституции РФ); Каждый обязан заботиться о сохранении исторического и культурного наследия, беречь памятники истории и культуры (ст.44 Конституции РФ).
В связи с этим необоснованным и противоречащим нормам действующего законодательства является вывод Суда о том, что «публичные слушания непосредственно не порождают для истицы прав или обязанностей, являются способом информирования о готовящемся градостроительном решении». Указанный вывод свидетельствует о неправильном толковании и применении судом норм материального права, кроме того, он вызывает недоумение с точки зрения принципов права демократического государства, в частности, конституционных норм, гарантирующих гражданам право на участие в принятии решений, затрагивающих их права на благоприятную окружающую среду и условия жизнедеятельности. Иными словами, в случае, если бы вопросы, выносимые для обсуждения на публичных слушаниях, не затрагивали прав и свобод граждан, не было бы вообще никакой необходимости проводить соответствующие публичные слушания. Не требует никаких доказательств тот факт, что поскольку принимаемые по результатам публичных слушаний решения государственных органов и органов местного самоуправления затрагивают права и свободы граждан, то и сами публичные слушания, а именно – их результаты, порождают последствия в виде принятия решений о предоставлении «специальных разрешений» на совершение действий, затрагивающих права и свободы граждан, либо решений об отказе в предоставлении таких разрешений.
В соответствии с п.5 ст.40 Гр.К..РФ на основании заключения о результатах публичных слушаний по вопросу о предоставлении разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства, реконструкции объектов капитального строительства комиссия осуществляет подготовку рекомендаций о предоставлении такого разрешения или об отказе в предоставлении такого разрешения с указанием причин принятого решения и направляет указанные рекомендации главе местной администрации. Следовательно, указанные «рекомендации» не могут быть произвольными, поскольку должны основываться исключительно на достоверных результатах публичных слушаний, в том числе должны учитывать направляемые в течение 4 дней после проведения публичных слушаний участниками публичных слушаний в соответствии со ст.7 Закона №400-61 «аргументированные предложения» и «обоснованные замечания» для включения в протокол.
Таким образом, позиция Суда о том, что публичные слушания являются лишь способом информирования о предстоящем градостроительном решении, свидетельствует о неправильном толковании судом механизма публичных слушаний только лишь как процедуры искусственного создания видимости демократии, когда публичные слушания проводятся лишь формально, но не позволяют их участникам каким-либо образом влиять на предстоящие решения государственных органов, которыми будут затронуты права участников публичных слушаний и других граждан и организаций. Такая позиция Суда не только лишена логики, но и противоречит ст.40 Гр.К..РФ и Закону №400-61, который целью проведения публичных слушаний называет учет мнения граждан при осуществлении той или иной деятельности, затрагивающей права и свободы этих граждан.
По смыслу Закона №400-61 результаты публичных слушаний должны отражаться так, чтобы путем элементарных математических подсчетов можно было установить волю большинства заинтересованных лиц (граждан и организаций) в принятии по результатам слушаний того или иного решения. В случае если большинство лиц, принявших участие в публичных слушаниях, высказались против принятия соответствующего решения, их мнение не просто должно формально «учитываться», а должно являться основанием для отказа в предоставлении соответствующего «специального разрешения», в противном случае процедура проведения публичных слушаний утрачивает свой смысл и назначение.
Таким образом, Суд неправильно истолковал нормы Закона №400-61, который отдельно регулирует вопросы информирования населения о подготовке проектов определенных законов и подзаконных актов, о возможном или предстоящем предоставлении земельных участков для строительства (в этих случаях необходимость в проведении публичных слушаний отсутствует), и отдельно – вопросы проведения публичных слушаний, информирование населения является лишь частью которых (см.ст.1 Закона №400-61). В первом случае, когда речь идет лишь об информировании, отношения государственных органов с одной стороны и граждан и юридических лиц – с другой стороны, имеют одностороннюю направленность: заинтересованные лица лишь информируются о предстоящих событиях (целью такого информирования, однако, является, в том числе, и предоставление права на обжалование в установленном порядке соответствующих решений), в случае же проведения публичных слушаний, взаимоотношения государственных органов и заинтересованных лиц (граждан и организаций) носят двусторонний характер: цель публичных слушаний (информирование является лишь составной частью которых) – учет мнения заинтересованных лиц о возможности принятия того или иного решения, то есть основная задача публичных слушаний – выяснение волеизъявления большинства их участников относительно потенциальных решений по их результатам, поскольку публичные слушания являются механизмом непосредственного участия граждан и юридических лиц в принятии решений, затрагивающих их права и свободы. Если обратиться к материалам, отражающим ход публичных слушаний по вопросу превышения высотного регламента здания ОДЦ «Охта-центр», можно прийти к выводу о том, что указанные публичные слушания в нарушение закона были подменены в действительности лишь информированием о предстоящем градостроительном решении, иными словами, участников слушаний поставили перед фактом: «по закону публичные слушания должны быть проведены, но это лишь формальность, от мнения их участников зависеть ничего не будет, положительное решение о превышении высотного регламента в любом случае будет принято, хотя и с формальным указанием на то, что результаты публичных слушаний учтены». Такая позиция незаконно и необоснованно поддержана Судом кассационной инстанции в обжалуемом Определении.
Более того, в предоставленном Ответчиком Заключении о результатах проведения публичных слушаний по вопросу предоставления разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства, реконструкции объектов капитального строительства опровергается коренным образом позиция Суда, изложенная в решении. В данном документе, в качестве резюме, указано: "… в процессе диалога с участниками публичных слушаний зафиксированы положительные и отрицательные мнения по вопросу слушаний и рекомендации членов президиума.
Письменные обращения граждан, зарегистрированные в течение 4х дней со дня проведения публичных слушаний, включены в протокол публичных слушаний.
Специалистами администрации Красногвардейского района - членами Территориального подразделения Комиссии по землепользованию и застройке по Красногвардейскому району проведен анализ поступивших обращений, учтены представленные аргументы "за" и "против".
Указанный отрывок содержит, по меньшей мере, два обстоятельства, крайне значимых, применительно к обжалуемому Определению, а именно:
1. Такие слова и фразы, как "диалог", "зафиксированы положительные и отрицательные мнения", "Письменные обращения граждан… включены в протокол", "проведен анализ поступивших обращений, учтены представленные аргументы "за" и "против" позволяют однозначно заключить, что речь идет не об одностороннем процессе - информировании, а о процессе обоюдного активного участия - обсуждении;
2. Указанная позиция принадлежит территориальному подразделению Комиссии по землепользованию и застройке, не являющейся самостоятельным органом исполнительной власти, а, следовательно, в действительности исходит от полномочного органа - Комиссии по землепользованию и застройке СПб; указанная позиция поддержана Администрацией Красногвардейского района СПб, ввиду того, что именно специалисты Администрации в данном случае составляли приведенное Заключение.
Таким образом, оба Ответчика по рассматриваемому гражданскому делу придерживаются иной, нежели изложена в судебном Определении, позиции относительно цели проведения публичных слушаний, а значит вывод Суда не основан ни на позиции Ответчиков, ни на позиции Истца, ни на нормах действующего законодательства, ни на материалах гражданского дела. Складывается ситуация, при которой Суд в своем желании придать правомерный облик поведению Ответчиков пошел не только на произвольную трактовку законодательства, но даже на обозначение позиции Ответчиков, отличной от реально существующей и вытекающей из предоставленных Ответчиков документов. Проще говоря, Суд выступил в данном споре не как объективная и беспристрастная мера общественных правоотношений, а как защитник одной из сторон.
Во-вторых, данный вывод суда противоречит ч. 2 ст. 45 Конституции РФ, согласно которой каждый вправе защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, а также ч. 1 ст. 46 Конституции РФ, согласно которой каждому гарантируется судебная защита его прав и свобод. Кроме того, в случае удовлетворения исковых требований Андроновой О.О., которая просила суд, в том числе, обязать ответчиков провести повторные публичные слушания, права и интересы «сторонников» принятия решения о превышении высотного регламента нарушены не были бы, поскольку указанные лица имели бы возможность повторно выразить свое мнение в рамках публичных слушаний, которые были бы проведены уже без нарушений действующего законодательства.
Кроме того, указанный вывод суда не соответствует обстоятельствам дела. Так, из показаний участника слушаний депутата Законодательного Собрания Санкт-Петербурга, члена городской Комиссии по землепользованию и застройке Малкова С.А. (Т.2, л.д.141) следует, что большинство аудитории было против выдачи разрешений на превышение высотного регламента. Данное обстоятельство полностью подтверждается аудиозаписью, предоставленной ответчиками, и Протоколом по результатам слушаний, из которого следует, что 1211 голосов подано «против» выдачи разрешения, и только 484 «за» (лист 46 Протокола, Т.1, л.д.191).
В остальной части вышеназванный Протокол является недостоверным доказательством, поскольку, как следует из данного документа (Т. 1, л.д.144-207), вопреки требованиям п. 3 ст. 7 Закона СПб № 400-61 заявления сторонников строительства «Охта-центра» собирались не в течение четырех дней после проведения публичных слушаний, а заранее и в три этапа – 11.06.2009 г., 23.07.2009 г. и в августе 2009 года. При этом, подавляющее большинство заявителей вообще не участвовало в публичных слушаниях, в то время как п. 3 ст. 7 названного Закона однозначно и недвусмысленно говорит, что именно участники публичного слушания вправе не позднее четырех дней после проведения обсуждения документации представить в письменном виде свои аргументированные предложения и обоснованные замечания для включения в протокол. 29666 человек точно все не были участниками публичных слушаний в зале 01 сентября 2009 г., поэтому с точки зрения Закона СПб № 400-61 какие-либо их заявления, подписи и замечания применительно к установленной Законом процедуре не имеют никакого юридического значения, поэтому ссылка на них в протоколе является незаконной и необоснованной. Следовательно, данные замечания не могут быть признаны легитимными. Таким образом, соотношение официально поданных замечаний по поводу публичных слушаний (1211 замечаний против 484) однозначно свидетельствует о настроении большинства участников слушаний и однозначно указывает на надуманный характер вывода, сделанного Судом при принятии решения.

7. СПб городской суд при вынесении Определения посчитал, что Красногвардейским районным судом СПб «правомерно указано на наличие предусмотренного законом права оспорить в судебном порядке решение о предоставлении разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства, принятое с учетом результатов проведенных публичных слушаний».
Данный вывод, как и указание на то, что фактическим организатором публичных слушаний являлась Комиссия по землепользованию и застройке СПб не основан на материалах дела, в частности на самом Решении Красногвардейского районного суда, в котором якобы изложена позиция о возможности оспорить в судебном порядке решение о предоставлении разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства. Указанный вопрос не рассматривался Судом первой инстанции в рамках производства по гражданскому делу №2-4104/2009, не относится к обстоятельствам, вновь открывшимся и исследованным судом в кассационной инстанции в связи с невозможность указания на них сторонами при рассмотрении дела в первой инстанции.
Ввиду того, что право Истца на оспаривание решения о предоставлении разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства не имеет отношения к праву Истца требовать отмены публичных слушаний, проведенных с нарушениями законодательства, а также, поскольку предметом рассмотрения по гражданскому делу является именно отмена публичных слушаний и их повторное проведение, а не отмена самого решения о предоставлении разрешения на отклонение от предельных параметров разрешенного строительства (в случае, если при повторном проведении публичных слушаний с соблюдением общественного порядка и законодательных предписаний, большинство участников выскажется за проект – единственным возможным решением Истец видит предоставление соответствующего разрешения), указание в качестве основания для отказа в удовлетворении жалобы на то, что Истец, помимо избранного способа защиты, имеет также еще и другие способы, является нарушением конституционного права Истца на защиту своего нарушенного права всеми способами, не запрещенными законом.

8. Суд при вынесении определения допустил нарушение норм процессуального права, поскольку в основном ограничился пересказыванием позиции Красногвардейского районного суда, фактически отказавшись от какой-либо ее оценки и от осмысления изложенных Истцом в Кассационной жалобе обстоятельств, в то время как п.1 ст. 347 ГПК РФ устанавливает обязанность Суда кассационной инстанции по проверке законности и обоснованности решения суда первой инстанции исходя из доводов, изложенных в кассационных жалобе.
Кроме того, ст. 366 ГПК РФ устанавливает обязанность Суда кассационной инстанции отражать в определении краткое содержание кассационной жалобы, объяснений лиц, участвующих в рассмотрении дела в суде кассационной инстанции, помимо констатации выводов, обозначать мотивы, по которым суд пришел к этим выводам, ссылки на законы, которыми суд руководствовался.
При оставлении кассационной жалобы без удовлетворения суд обязан указать мотивы, по которым доводы жалобы, представления отклоняются.
В то же время, при вынесении Определения об оставлении Кассационной жалобы Андроновой О.О, на решение Красногвардейского районного суда по делу №2-4104/2009 без удовлетворения, само решение – без изменения, Суд ограничился указанием, что «Разрешая заявленный спор, суд с учетом обстоятельств проведения общественных слушаний и в соответствии с требованиями ст. 39, 40 Г.К..РФ, п. 2.1 Положения о порядке взаимодействия исполнительных органов государственной власти Санкт-Петербурга, утвержденным Постановлением Правительства СПб № 684 от 23.06.09 года, ст. 7 Закона СПб от 20.07.2006г. № 400-61 "О порядке организации и проведения публичных слушаний и информирования населения при осуществлении градостроительной деятельности в Санкт-Петербурге" пришел к выводу об отсутствии оснований для признания общественных слушаний не состоявшими.
Указанный вывод суда соответствует установленным по делу обстоятельствам». В то время как Истица многократно (и в частности в Кассационной жалобе) указывала на недолжное информирование (с приведение конкретных примеров), преступления и правонарушения в ходе слушаний (с подтверждением своих слов видео- и фотоматериалами) и другие обстоятельства, свидетельствующие о наличии в действительности так и не обнаруженных Судом оснований. В этом случае, устранившись от оценки приведенных данных, Суд искусственно создал для себя возможность не мотивировать вовсе вывод об отсутствии оснований для признания общественных слушаний не состоявшими.
Сделав вывод о том, что «Суд проверил все доводы истицы, заявленные в обоснование иска, имеющие значения для разрешения спора, и не установил нарушений законодательства при принятии решения о проведении публичных слушаний, а также при их непосредственном проведении, которые позволяли бы полагать общественные слушания не состоявшимися» суд никак не объяснил, что привело его к такому заключению и какое место в его рассуждениях было отведено оценке изложенных в Кассационной жалобе обстоятельств.
В остальном Суд ограничился пересказом изложенных в Решении Красногвардейского районного Суда выводов, указывая лишь на то, что они были сделаны верно, при этом никак не мотивируя подобное заключение и не соотнося его с доводами Истца.
Такие действия СПб городского суда представляют собой нарушение процессуальных норм, закрепленных в ст.ст. 347, 366 ГПК РФ, свидетельствуют в первую очередь о том, что СПб городским судом не было выполнено единственное его назначение при рассмотрении Кассационной жалобы Истца, не была достигнута цель производства в кассационной инстанции - проверка законности и обоснованности решения суда первой инстанции.

9. В Определении СПб городской суд указал: «По указанным мотивам также нельзя согласиться с доводами жалобы процессуальных нарушениях, допущенных судом при разрешении спора ссылкой истицы на несогласие с исследованием судом или отказом суда исследовании тех или иных доказательств, со ссылкой на нарушение процессуальных прав в связи с отклонением судом ходатайств истицы и представлении доказательств. Не усматривает нарушений процессуальных прав доказывания, принадлежащих истице.
Какие обстоятельства для разрешения спора являются значимыми какими доказательствами они могут быть подтверждены, судом установлено правильно согласно ст. 56 ГПК РФ, с учетом требований допустимости и относимости доказательств согласно ст.ст. 59, 60, 77 ГПК РФ».
Делая указанный вывод, Суд превысил свои полномочия, неправомерно наделив Суд общей юрисдикции правом на самостоятельное определение подсудности и применяемости правовых норм к рассматриваемому спору.
Нормы, закрепленные в ст. 46 и п. 1 ст. 47 Конституции РФ гарантируют, что рассмотрение дел в РФ должно происходить с соблюдением правового принципа подсудности. Ст. 118 (ч. 2) Конституции гарантирует защиту прав в рамках конституционного, гражданского, административного и уголовного производства. Разграничение полномочий обусловлено различным характером рассматриваемых правоотношений и различием в процессуальных процедурах. Исходя из задачи обеспечения прав и свобод человека, которые действуют непосредственно (ст. 18 Конституции РФ), основные принципы правосудия должны соблюдаться и при производстве по делам, проистекающим из публичных правоотношений. По определению Конституционного Суда РФ (КС РФ) рассмотрение таких дел затрагивает права и интересы неопределенного круга лиц или заведомо более слабой стороны в отношениях с государством.
В силу требований Конституции подсудность дел определяется законом, в котором в нормативной форме должны быть закреплены критерии, предопределяющие подсудность, что позволило бы участникам процесса избежать неопределенности в этом вопросе, в противном случае ее приходится устранять посредством правоприменительного решения должностного лица, тем самым определять подсудность не на основании закона, а на основании субъективного усмотрения физического лица, хотя и в статусе судьи. Статьи 3, 10, п. «о» ст. 71 и ст. 120 Конституции РФ не допускают, чтобы порядок судопроизводства вопреки воле законодателя определялся судьей.
Постановление КС РФ № 1-П от 27.01.04 гласит: «Дела, возникающие из публичных правоотношений ...как следует из статей 71 (п. "о"), 72 (п. "к" ч. 1), 118 (ч. 2), 120, 126 и 127 Конституции РФ, являются по своей природе не гражданско-правовыми, а административными делами и должны рассматриваться в порядке и по правилам административного судопроизводства. Поэтому в ходе осуществления судебной реформы Федеральному Собранию надлежит привести правовое регулирование... в соответствие с требованиями Конституции РФ о рассмотрении административных дел в порядке административного судопроизводства и с правовыми позициями КС РФ…»
В случае гражданско-правового спора стороны действительно вправе обратиться с иском в суд общей юрисдикции, однако указанный конфликт возник не между гражданами, и по указанным выше причинам его недопустимо было разрешать в порядке искового производства. Однако, как указано выше, государство для защиты и восстановления нарушенных прав не предоставило Истцу иных правовых механизмов, кроме обращения в суд общей юрисдикции. Согласно ст. 1, 2, 7 ГК РФ гражданско-правовые отношения устанавливаются сторонами свободно, своей волей и в своем интересе, то есть без вмешательства публичных органов. Напротив, публичные правоотношения возникают не из свободы гражданского договора, а из закона.
Публичные правоотношения, в отличие от гражданско-правовых, устанавливаются не самими гражданами (своей волей), а иным порядком (п. 3 ст. 2 ГК РФ). При регулировании публичных конфликтов принцип диспозитивности (равноправия) сторон, установленный для граждан ст. 19 и п. 3 ст. 123 Конституции РФ (п. 1 ст. 56 ГПК РФ), должен быть ограничен в пользу граждан, как на то указано в ст. 249 ГПК РФ, обязанность по доказыванию возлагается на публичные органы. Публичный договор между гражданами и публичными органами установлен Конституцией РФ (ст. 18) и оплачивается налогами граждан (ст. 57), что взамен предполагает признание, соблюдение, защиту и восстановление публичными органами нарушенных прав граждан (статьи 2, 3, 18, 45, 52, 53 Конституции РФ).
Как указано выше, дела, проистекающие из публичных правоотношений, являются по своей природе не гражданско-правовыми, а административными делами и должны рассматриваться в порядке и по правилам административного судопроизводства (Постановление КС РФ № 1-П от 27.01.04). Федеральное Собрание до сих пор не выполнило указание КС РФ о приведении правового регулирования этой отрасли в соответствие с требованиями Конституции РФ. Но и без учета этого нарушения государством права Истца на справедливое разбирательство, в рассматриваемом деле суд значительно вышел за установленные, пусть и дефектным законом, пределы. Рассматривая публичный спор в порядке искового производства, а не в порядке, предусмотренном подразделом III ГПК РФ, государство формально обеспечило Истцу право на доступ в суд, но фактически лишило ее и права на истребование доказательств у публичных органов, и права на исследование полученных мной доказательств, без чего справедливый суд невозможен.
Согласно п. 1 ст. 1 Конституции РФ Россия как правовое государство обязана соблюдать общепризнанные нормы и принципы права. Принцип презумпции знания законодательства подразумевает, что судьи, а не заявитель, обязаны правильно определить установленный законом вид правоотношений и федеральные законы, которые регулируют спорные правоотношения (п. 1 ст. 12, п. 2 ст. 56, ст. 165 ГПК РФ). В нарушение ст. 148 ГПК РФ суд неправильно определил вид рассматриваемых правоотношений, рассмотрел публичный конфликт в порядке искового производства, неправильно установив нормы права, которые регулируют конфликты между гражданами и публичными органами. Более того, судья постоянно занимался произвольным толкованием законодательства, фактически подменяя законы собственным мнением. В делах с участием публичных органов (подраздел III ГПК РФ) судья не связан требованиями заявителя, обязан способствовать предоставлению доказательств, которые гражданин самостоятельно получить не может. Обязанность по доказыванию в таких делах возложена на публичные органы (ст. 249 ГПК РФ).
В данном случае, несмотря на предоставленный законодательно приоритет заявителю в споре, путем обязания органов публичной власти нести бремя доказывания, Суд первой инстанции не только не обязывал публичные органы подкреплять свою позицию доказательствами, не выполнив тем самым свою законодательную обязанность по способствованию заявителю в составлении объективной картины спора, но и создал максимально возможные препятствия заявителю (Истцу) аргументировать свои доводы, хотя при рассмотрении указанного вида спора это и не являлось его обязанностью.
Таким образом, произошло не столько нарушение процессуальных прав доказывания, принадлежащих истице, сколько способствование устранению от обязанности доказывания, возложенной на Ответчиков, нарушение обязанности по способствованию предоставлению доказательств.
В указанных обстоятельствах, вывод Суда кассационной инстанции представляет собой неверную трактовку процессуальных законодательных норм, устанавливающих роль суда и обязанности публичных органов при рассмотрении спора, вытекающего из публичных правоотношений, неприменение судом правовых норм, в действительности подлежащих применению и общее неверное определение характера рассматриваемого спора.

На основании вышеизложенного и руководствуясь ст.ст.376, 377, 378, 387 ГПК РФ,

ПРОШУ:

Определение Санкт-Петербургского городского суда об оставлении решения Красногвардейского районного суда Санкт-Петербурга от 11 ноября 2009 года без изменения, поданную кассационную жалобу без удовлетворения отменить полностью и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином судебном составе.

Приложение:
1. Копия настоящей жалобы по числу лиц, участвующих в деле – 5 экз.;
2. Решение Красногвардейского районного суда под председательством судьи Кузьминой О.В. по делу №2-4104/2009 от «11» ноября 2009 года и Определение Санкт-Петербургского городского суда по делу №2-4104/2009 от «25» января 2010 года в копиях, заверенных судом – в 1 экз;
3. Квитанция об уплате государственной пошлины – в 1 экз.


"22" марта 2010 год О.О. Андронова